# Трудное небо

Андрей Ревович Соколов

Красивое восточное небо Джелалабада впервые я увидел 9 сентября 1986 года в иллюминатор из почтовика. Когда после сорока минут полета наш Ан -26 свалился на крыло и приступил к резкому снижению, все пассажиры уперлись в пол ногами и, кто как мог, пытался побороть нахлынувшее волнение. Даже ·бывалые▌ - те, кто в полете всем своим видом показывали, что на маршруте Кабул - Джелалабад они ·свои люди▌, поутихли и нервно глотали слюну. Наконец брюхо самолета выровнялось, слегка вздрогнуло и покатилось по посадочной полосе с торможением. Сделав пару поворотов по рулежным дорожкам, наш борт остановился, и рампа медленно поползла вниз.

Какой там турецкий хамам?! Русская парная баня под палящим солнцем, а вместо веника джелалабадский ветерок. А ты пока один в этом новом мире, и где-то твой батальон, рота и новая жизнь.

События в той жизни менялись с такой быстротой, что кажутся почти неправдоподобными. Неделя нарядов сменялась двумя неделями боевых действий. 16 сентября ночью ГЭС ·Суруби▌ сбросила воду именно в тот момент, когда третья рота на броне форсировала реку Кабул в районе заброшенного кишлака Шахидан. И в одно мгновенье отряд потерял одного из лучших сержантов 131 разведгруппы Мусульманского батальона Владимира Ярмоша, разведчика Василия Семенюка и связиста Анатолия Мирошниченко. 20 сентября напротив кишлака Шахидан 130 отряд уничтожил банд группу из восьми человек на тропе в Черные горы под 17-ой сторожевой заставой, захватив стрелковое оружие. И в завершении второй недели - боевой выход по организации засады на три дня на левом берегу Кабула все в том же районе Северного Шахидана.

25 сентября 1986 года 3-я рота отрабатывала очередную разведывательную информацию. Десантирование на точке должно было произойти ближе к сумеркам, поэтому взлет был запланирован на 18 часов. Летели с ребятами 2-ой Вертолетной эскадрильи 335 отдельного боевого вертолетного полка. Я грузился на один борт с командиром роты Николаем Пархоменко и замком роты Геннадием Удовиченко. С нами были радисты и минеры. Борт техник ушел на запуск двигателей. А чуть позже он вернулся, чтобы воспользоваться своим приоритетным правом - крайним постоять на твердой земле перед полетом. Бережно похлопав свою машину на удачу, борт техник по-молодецки запрыгнул в грузовую кабину, закрыл дверь, и наша команда покатилась по рулежкам на предварительный старт.

Взлетели по-самолетному и стали набирать высоту. Кто-то из командиров открыл дверь полностью, и вся Джелалабадская чаша была как на ладони, а потом и она стала растворяться в дымке. Зрелище было завораживающее! Мы заняли эшелон на 4000-х метров и так летели до самой ГЭС ·Дарунта▌, наблюдая красоты Древнего Шелкового пути ...

Никто тогда еще не знал, что этой ночью при выдвижении к месту засады в сухом русле, мы наткнемся на духовский дозор, и Гена Удовиченко крикнет свою легендарную фразу ·Куджо мири▌, которая выведет нас из оцепенения и заставит действовать слаженно. Пригодиться и мой язык пушту, а отряд развернется в боевой порядок и уничтожит караван, и как всегда, досматривать его пойдет 131 разведгруппа Виктора Абрамова. Тогда еще никто не знал, что это наш последний полет в Джелалабаде на высоком эшелоне, что вскоре досмотровые группы начнут летать только на предельно малых высотах. Потому что после успешного десантирования, на подлете к дому, вертолеты 335 ОБВП будут атакованы банд группой инженера Гафара. Что уже через час Ми-8МТ капитана Альберта Гиниятулина взорвется в воздухе, атакованный двумя ракетами ·Стингер▌, но штурмана Николая Гернера выбросит взрывной волной и он останется жив. Что командир вертолета Ми-24 лейтенант Евгений Погорелов, спасая экипаж, будет до последних сил тянуть свою машину, пораженную ·Стингером▌, и сможет совершить жесткую посадку, а сам скончается от ран в госпитале. Тогда еще никто не знал, что через полтора года 18-19 февраля 1988 года в том же районе Северного Шахидана при плановом десантировании на засаду экипажи 335 ОБВП обнаружат караван и начнут уничтожать его с воздуха, а третья рота закончит начатое дело на земле. А утром 131 разведгруппа 154 ООСпН, которой мне придется командовать вместо раненного Сергея Смирнова, во время досмотра захватит два контейнера с пусковой установкой и двумя ракетами ·Стингер▌ - первые в Джелалабаде. И через день, или два группа второй роты во главе с Сергеем Лафазаном и Сергеем Верецким захватят еще два переносных зенитно-ракетных комплекса ·Стингер▌.