# Июнь-октябрь 1941 года. Часть пятая.Письма с фронта

Николай Александрович Верюжский

Главы из моей книги "Верность воинскому долгу". В память о моём папе А.Н.Верюжском.

Июнь - октябрь 1941 года


Часть пятая.


ПИСЬМА С ФРОНТА


После убытия папы на фронт появившаяся тревога за его судьбу и неизвестность создавшегося положения сопровождала нашу семью не только в течение военных лет, но и все последующие годы. До сегодняшнего момента, однако, у меня нет полной ясности о тех событиях, в которых, по воле обстоятельств, пришлось ему оказаться в первые месяцы войны.


На фоне общих потерь, насчитывающих несколько десятков миллионов человек, которые понесла наша страна за годы войны, гибель одного человека может кому-то показаться незначительной, но для каждой отдельно взятой семьи и один человек − это трагедия.


Для меня и всей нашей семьи потеря отца оказалась невосполнимой утратой, заставшей врасплох всех наших родственников. Но особенно жестоким ударом судьбы она явилась для мамы, которая, выбиваясь из сил и

преодолевая нечеловеческие трудности, продолжала воспитывать двоих детей без всякой государственной компенсации за потерю мужа и не терять надежды на будущее.


О том, какие меры мы предпринимали, чтобы хотя бы что-нибудь узнать о нём, и как жили без папы в период войны и в последующие годы, я расскажу несколько позже.


А теперь я всё-таки поведаю одну невероятную, на мой взгляд, историю нашей некогда большой семьи. Эти события не вошли в мою книгу "Верность воинскому долгу", изданную в 2009 году. Даже наоборот книга как раз способствовала прояснению тех обстоятельств до той поры мне не известных, которые происходили почти семьдесят лет тому назад.


Окончательно было уточнено, что был ещё один представитель нашей семьи - Николай Иванович Верюжский - участник Великой Отечественной войны. Это сын Ивана Николаевича - старшего брата папы. В семье Ивана Николаевича и его жены Марии Ивановны, которые проживали в городе Данилов Ярославской области, в 1916 году родился сын Николай. Стало быть, приходящийся мне двоюродным братом. К сожалению, родители Николая рано умерли от какой-то эпидемии, когда ему едва исполнилось четыре года. Воспитывался он у приёмной матери. В 1938 году Николай Иванович был призван служить в Красную Армию. Служба его в радиотехнических частях шла успешно, стал старшим сержантом.


С большой уверенностью могу сказать, что дедушка Николай Павлович Верюжский вёл переписку со своим внуком. Иначе как в нашем семейном архиве могла оказаться фотография Николая Ивановича в военной форме? Сейчас уже нет никого, кто бы мог подтвердить мои предположения.


Николай Иванович Верюжский. Витебск. 1940 г.


С началом войны никаких известий о Н.И.Верюжском мы не имели. Считали, что погиб в первые дни войны. Где? Когда? При каких обстоятельствах? Задаю себе вопрос: Разве это не трагедия для семьи?


Но вот представьте. 2012 год. Совершенно случайно, просматривая по интернету районную газету "Северянка", обнаружил в статье "Последнее письмо - за три дня до войны" тот же фотоснимок, что и у меня. Невероятно! Что это - случайность? Какие силы заставили меня тогда посмотреть эту газету, о существовании которой я даже и представления не имел? После проведённой обстоятельной переписки и уточнений оказалось, что старший сержант Николай Иванович Верюжский, проходивший службу в 33-м отдельном батальоне связи, в ходе ожесточённых боёв с превосходящими силами противника действительно погиб 1 сентября 1941 года. Но это стало известно только в 1947 году.


Но ещё более удивительным оказалось то, что у Николая Ивановича и его законной жены Анны Николаевны в 1936 году родился сын, которого назвали Юрием. Разумеется, что двухлетний Юрий не мог запомнить своего отца, потому как его отец с 1938 года находился на действительной военной службе в Красной Армии, а в 1941 году уже готовился к демобилизации. Но увидеться отцу и сыну не пришлось.


Не имея никаких сведений об отце и при отсутствии пособия от государства за потерю кормильца, десятилетний Юра по совету соседей написал письмо в Москву не кому-либо, а самому Сталину. Не прошло и двух месяцев, как из военкомата прислали официальное извещение о гибели его отца, Николая Ивановича Верюжского, на фронте и назначении пенсии в сумме 18 рублей в месяц. Бывает же такая удача, но жаль, что только в единственном экземпляре!


Сейчас у нас с Юрием Николаевичем установилась тесная переписка, мы почти одного возраста и детская судьба во многом одинакова. Безотцовщина. Голодное детство. Дети войны.


Юрий Николаевич отслужил срочную службу в танковых войсках на Восточных рубежах нашей Родины. Женился. В семье Юрия Николаевича и Зои Васильевны в 1965 году родился сын, которого назвали Николаем в память погибшего на фронте Николая Ивановича. Теперь уже внук фронтовика Николай Юрьевич Верюжский в 1988 году, находясь войсках ПВО, продолжил семейную традицию военной службы.


Юрий Николаевич все эти годы настойчиво пытался найти какие-либо сведения о своём отце. Статья в газете, опубликованная по его инициативе, тому яркое подтверждение. Но это ещё не всё. Накануне празднования Дня Победы в 2013 году в Данилове проводился ремонт и реконструкция Памятника воинам-даниловцам, погибшим в годы Великой Отечественной войны. Так вот, Юрий Николаевич проявил твёрдую настойчивость с ходатайством перед городскими властями, чтобы фамилия его отца Николая Ивановича Верюжского была занесена в общий список на мраморном обелиске памятника.


Вот об этом и пишу, пытаясь понять, что происходило с каждым и со страной в целом. Никакая, как говорится, это не "лабуда", как назвал мои заметки один уважаемый читатель Сергей_ (meriamon@mail.ru).


Возвращаюсь, однако, к военному времени 1941 года.

Полученные от папы с фронта в течение первых двух месяцев всего лишь семь коротких сообщений не дают представления о той обстановке, в которой он оказался. Тысячи вопросов по-прежнему теснят мою голову и не дают покоя, главными из которых, я думаю, это:

- Какова его была судьба?

- Что ему пришлось пережить?

- Что же в реальности произошло?


Я приведу письма, которые он отправлял нам в Углич, полностью и в последовательности их получения в то тревожное время.


Располагая весьма ограниченными сведениями, имеющимися в письмах отца, я попытался представить картину происходивших тогда событий начального периода войны на фоне известных фактов из мемуарной литературы, газетных публикаций и высказываний некоторых участников войны, но тщательно замалчиваемых длительное время событиях того времени, которые в большинстве своем стали мне известны только более чем через сорок лет после окончания войны, и поделиться своими мыслями, объективно возникшими в связи с этим.


Без всякого сомнения, мой папа Александр Николаевич писал письма и своему отцу - Николаю Павловичу, и своему брату - Николаю Николаевичу, и своим сёстрам, и, вероятно, другим родственникам. Однако у меня нет никаких сведений об этой переписке. Ограничусь только теми сообщениями, которые сохранились в нашей семье.


Хочу сразу пояснить, поскольку в письмах имеются упоминания о некоторых родственниках, что Николай Павлович Верюжский (мой дедушка) после смерти своей жены в 1933 году переехал из Углича в Москву к младшей дочери Алле Николаевне (моя тётя), которая присматривала и ухаживала за ним до конца его жизни в 1942 году.


Николай Павлович Верюжский.

Москва. 10 января 1937 года.


Николай Николаевич (мой дядя) также проживал в Москве, работал учителем математики в старших классах.

В октябре 1941 года Николай Николаевич вместе с учениками школы, в которой преподавал, был эвакуирован сначала в Рязань, а вскоре - на Северный Урал, где и оставался до конца войны.


Николай Николаевич Верюжский. Москва. 1946 год.


Другая его дочь Агриппина Николаевна (моя тётя) со своей семьёй проживала в Сталинграде.


Надо сказать, что в самые напряжённые дни обороны Москвы Алла Николаевна, муж которой являлся морским офицером и служил на кораблях Тихоокеанского флота, сопровождая своего престарелого папу Николая Павловича и семилетнюю дочь, выехали из Москвы и отправились в Сталинград к сестре, наивно полагая, что до Сталинграда немцев никогда не допустят. Но в реальности получилось всё по другому.


Первое письмо.

"Сегодня прибыли сюда. В Москве у Папы (Николая Павловича - НВ) и у Коли (Николая Николаевича - НВ) быть не пришлось. Послал с Белорусского вокзала Коле телеграмму, чтобы он пришел на вокзал. Но пришлось выехать, не знаю, приходил ли он на вокзал. Назначения ещё не получил. Завтра выезжаем на фронт. Напишите письмо Коле и Папе. Александр".

Обратный адрес: Вязьма.

Дата отправления по почтовому штампу: 03.07.41. Вязьма Смоленской обл.


Комментарии к письму.


Мой дядя Николай Николаевич, с которым я в последние годы поддерживал постоянную связь, всегда с горечью вспоминал и винил себя нещадно за то, что, получив телеграмму от брата, по каким-то необязательным причинам не смог поехать на Белорусский вокзал для встречи с ним перед убытием на фронт.


Николай Николаевич Верюжский с племянником Колей Верюжским - нахимовцем Рижского Нахимовского Военно-морского училища. Москва. 1949 год.


Второе письмо.

"Прошу сразу же по получении этой открытки дать мне телеграмму по указанному адресу. Пошлите также письмо. Я обзавелся верховой лошадкой.

С получением денег вышлю вам аттестат. Будьте здоровы, крепко целую.

Ваш папа."

Обратный адрес: ст. Вязьма.Смоленская обл. Поселок Бозня, дом 76.

Дата отправления по почтовому штампу: 07.07.41. Вязьма Смоленской обл.


Комментарии к письму.

На основании анализа письма и теми событиями, которые стали мне известны по прошествии многих десятилетий, папа, продолжая находиться в Вязьме, получил должность, вероятно, связанную с разъездами по служебным делам.


Третье письмо.

"Хочется знать, как Вы живете? Послал несколько писем и просил послать мне телеграмму, но до сего времени ничего не получал от Вас. Послал два раза немного деньжат. Очень прошу написать Папе. Этот адрес вероятно скоро изменится. Будьте здоровы. Крепко целую. Всем привет. Папа."

Обратный адрес: Вязьма. Смоленская обл. П/я 33, подразделение 5.

Дата отправления по почтовому штампу: 17.07.41. Волочек Андреевское Смоленской обл.


Комментарии к письму.

Известно, что штаб 24-й Армии к тому времени находился в районе Волочёк Смоленской области.


14 июля 1941г. был образован Фронт резервных армий, в который были включены 24, 28, 29, 30, и 32-я армии. Им предстояло создать оборону на третьем стратегическом рубеже, проходящем в 200-250 км к западу от Москвы. Фронт резервных армий просуществовал около двух недель, и по решению Ставки переименован в Резервный фронт.


18 июля 1941г. Ставка принимает решение о создании последнего рубежа обороны в 100 км к западу от Москвы, так называемой, Можайской линии


Четвёртое письмо.

"21.7.41. Телеграмму Вашу получил за несколько минут до отъезда на новое место. Сообщаю адрес. Шлю привет. Крепко целую. Будьте здоровы. Жду от Вас письма. Папа."

Обратный адрес: 650 полевая станция. 899 стрелковый полк. Штаб 2 батальона.

Дата отправления по почтовому штампу: 22.07.41. Полевая почта 131.


Комментарии к письму. Отъезд к новому месту и изменение адреса номера полевой станции является изменением дислокации полка.


Пятое письмо.

"8.8.41. Очень хочется знать как вы живете? Кроме телеграммы от Вас я не получал. Получили ли деньги? Очень прошу писать мне. Хорошо бы, если бы Женя взяла за правило дня через три писать мне письма. О себе писать нечего. Будьте здоровы. Всем привет. Целую. Александр".

Обратный адрес: 650 полевая почтовая станция. 899 стрелковый полк. Штаб 2 батальона.

Дата отправления по почтовому штампу: 09.08.41. Андреевское Смоленской обл.


Шестое письмо.

"22.8.41.Первое Ваше письмо я получил только на днях. Письмо Ваше кажется было написано еще в июле. Я посылал Вам деньги 150р. 600р. 500р. В том месяце и в августе 500р. Получили ли их? Сейчас возможно письма будут получаться быстрее. Как Вы живете? Недавно послал открытку Вам, в которой была моя просьба писать чаще. Есть ли домработница?

Как живут Папа и Коля? С ними прошу поддерживать более частую переписку. Привет всем знакомым. Ваш папа."

Обратный адрес: 650 полевая почтовая станция. 899 стрелковый полк. Штаб 2 батальона.

Дата отправления по почтовому штампу: 22.08.41. Холм-Жирковский Смоленской обл.


Седьмое письмо. Оно оказалось последним.

"12.9.41. Получил одновременно три Ваших письма. Благодарю за них и прошу мне писать чаще. О себе, пожалуй, писать нечего. Как вы живете? Коля выехал в Рязань? Аля и Папа в Сталинграде, почему и на какое время? Насколько мне помнится адрес Грани такой: Сталинград, ул.Ленина,25. Или я ошибаюсь? У меня изменился адрес полевой почты. Будьте здоровы. Пишите. Целую. Папа."

Обратный адрес: 926 полевая почтовая станция. 899 стрелковый полк. Штаб 2 батальона.

Дата отправления по почтовому штампу: 13.09.41. Ленино. Холм-Жирковский Смоленской обл.


Комментарии к пятому, шестому и седьмому письмам: населённые пункты Волочек, Андреевское, Ленино, Холм-Жирковский Смоленской области расположены в сравнительной близости друг от друга, т.е. находятся в оперативной зоне Третьего стратегического рубежа обороны


Анализ полученных от папы писем свидетельствует о том, что в течение июля месяца он находился в Вязьме Смоленской области, где проходило формирование и укомплектование резервных дивизий для направления их на Западный фронт.


С момента создания Фронта резервных армий, переименованного позднее в Резервный фронт, адрес папы изменился, по которому можно судить, что он получил назначение во 2-ой батальон 899 стрелкового полка.


Обращает на себя внимание тот факт, который можно расценить как случайный, а может наоборот, что папа хотел, как бы выделить даты написания двух писем 22 июля и 22 августа, совпадающих с датой начала войны 22 июня по истечению первых двух месяцев фронтовой жизни.


На этом переписка с папой прервалась. Наступила полная неизвестность. Наши письма возвращались с пометкой, что письма адресату доставить невозможно.


Только в 1947 году пришло извещение:


В течение многих десятилетий наша семья и близкие родственники продолжали поиски, писали письма в разные официальные инстанции, даже частным лицам - общественным деятелям, депутатам, писателям. Но всё было безрезультатным.


Более чем через сорок лет, с наступлением гласности в конце 80-х годов мне удалось выяснить, наконец, сведения о возможном месте нахождения моего папы в первые месяцы войны и узнать некоторые подробности о тех боевых событиях, участником которых он мог тогда оказаться.


В моих поисках просто неоценимую помощь оказала, за что ей огромная благодарность, корреспондент газеты "Красная Звезда" Н.Двойнишникова, которая в своём письме номер 1/26926 от 21 апреля 1988г. сообщила, что 899 стрелковый полк входил в состав 248 стрелковой дивизии.


Одновременно она посоветовала обратиться в Центральный Архив

Министерства обороны СССР (ЦА МО) и советы ветеранов этой дивизии, указав их адреса в Куйбышеве и Одессе.


Как оказалось, 248 стрелковая дивизия за годы войны четырежды создавалась заново. Совета ветеранов 248 сд первого формирования не существует.


Очень важный для меня документ я, наконец-то, получил из ЦА МО за номером 11/113304 от 14 июля 1988г. Содержание его привожу полностью:


На Ваше письмо сообщаю, что в картотеке по учету безвозвратных потерь офицерского состава значится:


"Старший лейтенант Верюжский Александр Николаевич, 1892 г.р. (так в документе), уроженец Ярославской области г. Углич (так в документе), бывший адъютант старший батальона Московского Военного округа исключен из списков офицерского состава приказом ГУК НКО номер 01134 от 7.5.1947г. как пропавший без вести в сентябре 1941г.

Жена: Верюжская А.А., проживала по месту рождения учтённого".


Одновременно сообщаю, что 899 стрелковый полк входил в состав 248 стрелковой дивизии. 248 стрелковая дивизия: с 15.7.1941г. по

24.9.1941г. входила в состав 53 стрелкового корпуса 24 Армии Резервного фронта; с 24.9.1941г. по 4.10.1941г. - в состав 49 Армии Резервного фронта; с 4.10.1941г. по 12.10.1941г. находилась в составе 32 Армии Резервного фронта. Документов 899 стрелкового полка за 1941г. на хранении в ЦА МО СССР нет". (Выделено мной - Н.В.).

Подпись: Зам. начальника отдела = Шестопал

Печать: "Центральный ордена Красной Звезды архив Министерства обороны СССР".


Весьма действенную поддержку в моих поисках оказал председатель совета ветеранов 248-й дивизии второго формирования Михаил Владимирович Головинский (443041, г. Куйбышев, 41, улица Красноармейская, дом 62, кв.62), который проходил службу и участвовал в боях как раз в составе 899 сп, но только с 1942г.


В своём письме от 24 декабря 1988г. он также сообщил известные ему сведения о начальном боевом пути дивизии и о некоторых лицах полка и дивизии, среди которых, к сожалению, моего отца не оказалось.


Мне, например, стали известны такие лица из состава 248 сд. Однако ни с одним из них по разным причинам мне не удалось установить связь и узнать какие-либо известия о папе.


Военком бригадный комиссар 248 сд - С.А.Иванов. Умер в 1985г.


Начальник штаба 248 сд - майор В.А.Коноплянский. Умер в 1986г.


Начальник химической службы 248 сд - Николай Федорович Тараканов, проживает в Москве.


Командир 899 стрелкового полка - Филипп Николаевич Ромашин. В 1941г вышел из окружения, полковник. Умер в Москве в 1981г.


Военком 899 сп - старший политрук Г.К.Рудченко.


Начальник штаба 899 сп - капитан Василий Павлович Марчнев, Герой Советского Союза (участник советско-финляндской войны), вышел из окружения в 1941г., погиб в последующих боях.


Командир взвода конной разведки 899 сп - Сергей Алексеевич Киселёв. В 1941г вышел из окружения. Проживал в г.Озеры Московской области.


Не могу умолчать о том, что получаю письма от родственников тех, кто защищал нашу Родину. Вот одно из них: 5 февраля 2013, 22:52

( e2100617@yandex.ru ) "Уважаемый Николай Александрович! Мой прадед Варфоломеев Василий Семенович, красноармеец, 1910 года рождения, москвич, был призван 24.06.1941г., воевал в 899сп 248сд, пропал без вести в октябре 1941г. Все мои обращения в ЦАМО к сожалению оказались безрезультатны, даже не смог узнать в каком батальоне, роте он служил. Поэтому с большим интересом прочитал Вашу статью, хоть какая-то информация. Спасибо. Андрей".

Или вот ещё одно письмо, которое я получил в феврале 2012 года от Александра Иванова < ivanoway@mail.ru >, в котором он пишет, что "мой дед Иванов Степан Андрианович (1899-1985) действительно являлся военным комиссаром 248-й стрелковой дивизии (30.07.41-14.11.41)".

В письме Александра Иванова, к сожалению, ничего не указывалось о выходе его деда из окружения. Зато с гордостью сообщалось, что после окончания войны его дед С.А.Иванов прослужил в Советской Армии ещё более 14 лет. Уволился в звании полковника. Общий стаж службы в РККА/СА с 1919 по 1959 г.


В августе 1989 г. я предпринял личную поездку в ЦА МО (г. Подольск, Московской области, улица Кирова, дом 74), чтобы получить официальное подтверждение места службы моего отца. В тот период для работы в архивах были сняты ограничения, и разрешалось пользоваться документальными

фондами без специальных пропусков.


Однако заместитель начальника ЦА МО полковник И.Б.Ярошенко не допустил меня ознакомиться со списками офицерского состава, которые находятся в фонде номер 15321, дело номер 2, опись номер 1, стр. 1-139, без личного указания начальника Главного Политического Управления СА и ВМФ.


Хранилище архива


Пришлось мне ещё раз на сей раз письменно обращаться в этот по-прежнему закрытый ЦА МО, указывая номера конкретных архивных документов.


Очередной ответ из ЦА МО я получил только 13 октября 1989г. за номером 11/П-42337, содержание которого привожу полностью:


На Ваше письмо сообщаю, что в картотеке по учету безвозвратных потерь офицерского состава значится:


"Старший лейтенант Верюжский Александр Николаевич, 1892 г.р., уроженец г.Углич Ярославской области, бывший адъютант старший 2 батальона 899 стрелкового полка 248 стрелковой дивизии исключен из списков офицерского состава приказом ГУК НКО номер 01134 от 7.05.1947г., как пропавший без вести в сентябре 1941г."


Дополнительно сообщаю:

Полковник Александр Петрович Лебедев, 1906 г.р., уроженец Тульской обл., уволен в запас в 1956г. и состоял на учете в Ворошиловском РВК г.Минска.

Командир взвода связи 899 сп 248 сд - младший лейтенант Николай Афанасьевич Рожков , 1911 г.р., ст.Расторгуево.


Младший лейтенант Абрам Медукайлович Левихин, 1907г.р., уроженец г.Москва, бывший адьютант батальона 899 сп 248 сд, исключен из списков офицерского состава приказом ГУК номер 01635 от 26.06.1946г., как пропавший без вести в декабре 1941г.

Подпись: Зам. начальника отдела = Шестопал

Печать: "Центральный ордена Красной Звезды архив Министерства обороны СССР".


Если ранее я только предполагал, то теперь достоверно располагал официальным подтверждением, что мой папа служил в штабе 2-го батальона 899-го стрелкового полка 248-ой стрелковой дивизии, которая в свою очередь находилась в составе 24-ой Армии, затем около десяти дней сентября числилась в 49-ой Армии и, наконец, около недели в октябре - 32-ой армии, входивших в состав Резервного фронта.


Посудите сами, что это было за управление войсками, когда дивизию перебрасывают на одну - две недели в подчинение то одной, то другой Армии. А когда воевать-то?


Мне пришлось детально просмотреть, проработать, изучить, проанализировать массу порой противоречивого материала, чтобы получить некоторое представление. На основании этих данных я попытался схематически восстановить происходящие события тех дней. Вот какая картина мне представилась.


Ноябрь 2013г.