# Начальник Увд

Виктор Филалетов

Все искусство управления состоит в искусстве быть честным.

Начальник УВД Пензенской области (1961 - 1970 г.)

Комиссар милиции третьего ранга

Карпенко Глеб Андреевич.

(100 лет со дня рождения).


Каждый человек, проживая земную жизнь, оставляет после себя след. Его можно сравнить с тропинкой, проложенной для людей идущих после. Поэтому большая ответственность, какая она, эта тропинка. Или ровная, светлая, с расставленными вехами, где можно почерпнуть полезное для опыта жизни, и идти по ней приятно, или скользкая, кривая, протоптанная грязными сапогами. Оба следа остаются в памяти пространства навсегда, но в памяти людей, право на длительное существование оставляет только светлый. Много людей нам встречаются на жизненном пути, но преимущественная часть их уходит в прошлое, как будто и не жили они на этом свете. И память о них пропадает, почти сразу после похорон и след остается только в памяти близких в виде затухающих воспоминаний. Листья украшают сад но, когда опадают, никто о них уже не думает. Природой дарована нам недолгая земная жизнь и ценится она не за длину, а за содержание.


В июне 1961 года за столом кабинета начальника Пензенского УВД появился новый руководитель. По выражению женщин, обаятельный, крепко сложенный, энергичный и еще моложавый мужчина в форме комиссара милиции третьего ранга (генерал-майор) Карпенко Глеб Андреевич. Хотелось бы спокойно принять дела в новой должности, ознакомиться с обстановкой в городе и области, но пензенская земля не дала времени на это, а приготовила испытания вновь назначенному, чтобы проверить на прочность. Заместитель по кадрам Александров Э.В. через несколько дней, поздним вечером позвонил ему по телефону в гостиницу "Сура", где он временно проживал, и доложил, что в районе дизельного завода назревают массовые беспорядки.

- Я сейчас выезжаю туда с дежурным нарядом,- сказал он.

- Заезжайте за мной,- не колеблясь, приказал Карпенко и положил трубку.

Из гостиницы комиссар вышел в форме, и они поехали к отделению милиции Ленинского РОВД, около которого и собралась толпа человек пятьдесят. Большая часть их была в нетрезвом состоянии, возбужденная и требовала освободить задержанных. Если горючий материал налицо, можно отовсюду ждать искры, которая воспламенит его. Когда машина подъехала, они буквально подскочили к ней, но форма генерала, выходящего из машины, на некоторых подействовала отрезвляюще, хотя и не потушила агрессии. В то время отношение к милиции было иное. Ее признавали и остерегались связываться с ней. Приехавшие довольно долго разговаривали с разбушевавшимися "защитниками справедливости" пока не удалось потушить конфликт.

В этот период патрульно-постовой службы еще не существовало, и общественный порядок в городе нельзя было назвать хорошим: процветало пьянство, уличное хулиганство, драки особенно на улицах центра города в вечернее время. Общественный транспорт, переполненный пассажирами, магазины и другие места, где наблюдалось скопление людей, захлестнула волна карманных краж. Рассадником их был Центральный рынок, расположенный между улицами Московская и Кирова от главпочтамта до площади Ленина. На всех прилегающих к нему улицах почти в каждом дворе жили карманники. Они объединились и орудовали группами и вовлекали новых подростков. Действовали нагло, выуживая из карманов и разрезанных сумок, скудные, а зачастую и последние гроши потерпевших. Щипача, как они назывались на блатном жаргоне, можно было привлечь к уголовной ответственности, только задержав с поличным, в этом заключалась сложность. Они это чувствовали и вели себя дерзко и не только они. Безнаказанность для преступников, как аплодисменты для актеров, а угрызением совести они не страдали. В результате выросло число уличных ограблений, разбойных нападений на магазины, даже несколько вооруженных, квартирные кражи. И совершались они, как правило, в нетрезвом состоянии. Пьянство и преступления находятся в тесной взаимосвязи друг с другом. Население было взбудоражено, ходили нездоровые слухи. Требовались жесткие меры. Карпенко Г.А. восстановил своего заместителя по кадрам Александрова Э.В., показавшего себя с положительной стороны, в прежней должности - заместителем по милиции. Решили объявить повсеместную войну пьяницам и доставлять всех в дежурные части отделов города до вытрезвления. Для этой цели даже расширили дежурную часть Ленинского РОВД. Пристрой делали под личным контролем Карпенко Г.А.. На борьбу с нарушителями общественного порядка был мобилизован весь личный состав управления, райотделов вплоть до их начальников, внештатные сотрудники и дружинники. В эти дни на улицах города можно было видеть и самого комиссара с заместителем, которые даже лично задерживали алкоголиков и доставляли в отдел. Но пустившее уже корни пьянство выкорчевывалось с трудом. К этому времени Глебу Андреевичу уже выделили квартиру на ул. Володарского, где он поселился с семьей. И чтобы принятое направление борьбы с нарушителями общественного порядка в нем не угасло, судьба подкинула еще одно испытание. В 1962 году участковый уполномоченный Ленинского РОВД Филатов В.Е., проходя вблизи вытрезвителя на углу ул. Володарского и Пушкина, увидел, как кто-то по улице тянул упирающегося алкаша. Подошел помочь, и был крайне удивлен, узнав в мужчине, который тащил пьяного, нового начальника УООП., как тогда называлось УВД.

- Здравия желаю, товарищ комиссар, давайте я доведу.

- Ничего, теперь я и сам справлюсь,- сказал тяжело дышавший комиссар,- Вот, валялся около двери моей квартиры как свинья в луже.

- Вызвали бы машину?

-Машины нет, уехала на происшествие.

В те годы милиция была недостаточно оснащена автотранспортом, и имеющийся был уже "в возрасте" и часто ломался. Для выезда на происшествия в случае необходимости использовали автомобили, других служб, если они были на ходу, в том числе и машины вытрезвителей. Недостаток в милиции автотранспорта компенсировали гражданским, с предприятий. Или договаривались, или просто останавливали на улице и "экспроприировали" для выезда на происшествие. В некоторых сельских райотделах области "здоровая" была только одна машина, которую использовали и для перевозки арестованных, и на происшествия, и по хозяйственным делам, и по другим вопросам. Работники автомобильной инспекции и некоторые участковые уполномоченные рассекали свежий воздух и зимой и летом на служебных мотоциклах, передававшихся по наследству от предыдущих водителей.

С первых же дней деятельности нового руководителя среди управленцев поползли слухи о его крутом нраве, о беспощадном спросе, прежде всего с руководителей отделов и служб за порученный участок работы. Надо сказать, что при попустительстве прежнего руководства сотрудники расслабились, упала дисциплина и, конечно, результаты работы, раскрываемость. Стремление к дисциплине среди подчиненных, Карпенко Г.А., вероятно, принес с фронта, где за свою расхлябанность солдаты платили жизнями. Он прошел два тяжелых года сквозь огонь Отечественной войны. Служил в должности заместителя командира батальона, затем в разведотделении. Награжден орденом "Красной звезды" и медалями. Был ранен под г. Великие Луки.


До войны в 1937 году Глеб Андреевич успел окончить Харьковский электротехнический институт. В то время люди с высшим образованием были единицы, а большая часть не имели даже среднего образования. Необходимо после военной разрухи поднимать промышленность в стране и специалисты с высшим образованием были нужнее в этой отрасли, чем на войне, которая была уже на завершающей стадии. Поэтому в июле 1944 года по решению наркома тяжелого машиностроения фронтовик был отозван из армии для восстановления харьковского турбогенераторного завода, затем назначен главным энергетиком завода в Таганроге. За четыре года гражданского труда Карпенко Г.А. доказал, что умеет не только воевать. К работе всегда относился серьезно и ответственно. Учитывая это и его фронтовой опыт разведки, министр государственной безопасности, предложил послужить в их ведомстве на ответственном участке, в Прибалтике. К ней было особое отношение, поскольку часть населения поддерживала фашистов. В те послевоенные годы милиция была в составе МГБ. Окончив курсы Высшей школы МГБ СССР, в 1948 году Карпенко Г.А.был назначен начальником районного отдела МГБ г. Алуксненс Латвийской ССР. Через два года, набравшись опыта на переднем крае, был переведен заместителем начальника управления милиции МГБ г. Риги Латвийской ССР. В г. Пензу приехал уже с должности заместителя министра - начальника управления милиции МВД Татарской АССР.

От него нельзя было скрыть что-либо, так как он обладал опытом и глубоким знанием всех деталей милицейской работы. По натуре своей был эмоциональный, порывистый, вопросы решал быстро. Филатов В.Е. вспоминает, что когда он приносил документы на подпись, работая в аппарате УВД, Карпенко Г.А. стремительно прочитывал, но не поверхностно, так как успевал ставить даже знаки препинания, и обязательно спрашивал:

-Все верно?

-Так точно, тов. Комиссар.

Но если эмоции овладевали им - взрывался мгновенно и, не слушая оправданий, учинял разнос, но потом, остыв и разобравшись в деле, вызывал и извинялся. Так случилось с начальником отдела БХСС Мордвиновым В.С.. В 1964 году оперативники отдела приступили к реализации разработки о хищениях в особо крупных размерах в системе молочной промышленности и государственной торговли области. По делу проходило около 20 обвиняемых. В числе основных фигурантов была начальник цеха гормолзавода Кучкина. В ее квартире был произведен обыск и описана часть имущества. Ее муж, работавший на заводе "Пензмаш", был избран там секретарем парткома. Он пожаловался первому секретарю Промышленного обкома КПСС Маткину на необоснованный обыск милиции в его квартире. Карпенко Г.А. вызвали в обком для объяснений, и он попал в неловкое положение, поскольку деталей этого дела не знал. Вернувшись из обкома, немедленно пригласил Мордвинова В.С. и в гневе пообещал ему отстранить от должности по служебному несоответствию. Конь на скаку поднимает много пыли. Мордвинов вернулся в отдел в крайне удрученном состоянии, собрал сотрудников и объявил о скорой его смене. К вечеру он вновь был вызван "на ковер" вместе с оперативником, ведущем разработку, Суворовым О.Т. С тяжелым чувством вошли они в кабинет. Здесь уже находился его заместитель по милиции Александров Э.В.. Глеб Андреевич был спокоен, предложил сесть и доложить в деталях материалы дела. Внимательно выслушав, неожиданно для них оценил значимость проделанной работы и воодушевил на ее продолжение, приказав увеличить состав оперативно-следственной группы. После дело было успешно реализовано и Кучкина осуждена к 12 годам лишения свободы.

На все серьезные происшествия Карпенко Г.А. часто выезжал сам и руководил оперативной группой. В 1969 году на заводе приборов и конденсаторов г. Кузнецка произошел серьезный пожар с гибелью девяти человек. Он немедленно выехал туда вместе с начальником отдела пожарной охраны Баичкиным Н.Н. и оперативно-следственной группой и лично разбирался в причинах происшествия. Это событие стало поводом для заседания бюро Обкома КПСС. Выступая с докладом, начальник УВД убедил членов бюро, что наступление тяжких последствий произошло по вине администрации завода и доказал невиновность работников пожарной охраны. Человек бывает, убедителен для других, когда сам убежден в этом.

Как театр начинается с вешалки, так и милиция - с дежурной части. Это ее лицо. Сюда идут граждане со своими бедами и горестями, и отношение к ним работников трансформируется потом у них в сознании в образ всей милиции. Как по паршивой овце нередко судят обо всем стаде. Зная это, Карпенко частенько практиковал посещения райотделов в нерабочее время и по результатам "всыпал" начальникам, если они того заслуживали. Он требовал от всех начальников отделов управления, бывая в РОВД проверять качество несения службы, культурного, вежливого обращения с населением, и оказывать помощь практическую в наведении порядка. Обычно Глеб Андреевич заезжал в дежурную часть УВД, брал дежурного от руководства и вместе они объезжали райотделы. Однажды, в конце лета, в выходной день, по УВД дежурили капитан милиции Щуплов и его помошник, представлявший оперативную службу, мл. лейтенант милиции Михайлов. В то время других дежурных по штату не положено. Этот день выдался спокойным, поэтому они, приняв несколько сообщений, коротали время за шахматами. Тогда еще дежурная часть УВД состояла из двух комнат на первом этаже с окнами в сторону реки, соединявшейся с другим берегом деревянным Татарским мостом. Ближе к полуночи, на улице уже стало темно, услышали, звон оконных стекл снаружи. Щуплов подошел, раздвинул занавеску и увидел мужчину, который, не доставая рукой до окон (они были довольно высоко над землей) кидал в них медными пятаками. Капитан пригляделся и побледнел:

- Комиссар Карпенко,- почти прошептал он и кинулся к входной наружной двери, где должен был стоять дежурный милиционер. Последнего на месте не оказалось, и он сам открыл дверь начальнику УВД. Карпенко Г.А. зашел в дежурку, подошел к шахматной доске и швырнул ее так, что шахматы с жалобным стуком запрыгали по всей комнате.

- Я уже десять минут стучу в дверь, - грозно произнес он. Оба дежурные стояли вытянувшись, уткнувшись в пол, боясь встретиться с ним взглядом, так как глаза его метали искры. И лишь через несколько минут, после того как дежурный доложил, что обстановка относительно спокойна, бурлящая река эмоций комиссара вошла в свои берега. Позднее, в этом же месяце, при проверке дежурной части Ленинского РОВД Карпенко Г.А. стало известно, что при оформлении протокола на задержанного за мелкое хулиганство, дежурный вел себя грубо, по-хамски, оскорблял нецензурными словами, не стесняясь присутствующих других граждан. Комиссар милиции отстранил его от дежурства и приказал начальнику РОВД доложить через два дня о результатах служебной проверки.

К сотрудникам, которые работали не за страх, а за совесть у него было другое отношение. Стремился оградить их от необоснованных обвинений и претензий, даже рискуя быть не понятым "наверху". Так, во исполнение Постановления Совета Министров СССР " О создании добровольных народных дружин", на бюро обкома партии был заслушан ст. инспектор службы Жилкин Н.П. В своем отчете он неосмотрительно "вякнул" в адрес райкомов КПСС и второй секретарь обкома Мясников, присутствующий там, потребовал Карпенко Г.А. наказать его. На следующий день Глеб Андреевич, у себя в кабинете пожурил ст. инспектора за не продуманные слова и, добавил, что милиция подотчетна партии, а не наоборот. Наказывать его не стал.

В 1968 году поступил приказ МВД "О вежливом и внимательном отношении сотрудников милиции к гражданам". Комиссар сам проводил занятия с личным составом патрульно-постовой службы, не смотря на занятость, и сам принимал зачеты. По его указанию на стадионе "Труд"начали проводить строевой смотр личного состава.

Особое внимание начальник УВД уделял участковым уполномоченным, зная, что они на переднем крае борьбы с преступностью. Проживая на своем участке в глуши, участковый был единственным представителем советской милиции. Темные лучи преступности, пьянства, хулиганства, чистоты дворов, сплетен и даже суеверий все сходились на нем. Он официально отчитывался более чем по тридцати обязанностям и отвечал за все. Его будили жители в любое время ночи, чтобы утихомирить пьяного хулигана или из РОВД сообщали о преступлении на участке, где он должен быть до приезда оперативно группы. Была большая текучесть, поэтому заботами руководства УВД было обеспечение их жильем, связью, транспортом и т. д.

Ничто так не стабилизирует обстановку, как деятельность, направленная к одной цели. И в этом заслуга начальника УВД. В области и городе стало спокойнее. Оперативная обстановка улучшилась. Сотрудники понимали заботу и старались хорошо работать.

В течение ряда лет в области раскрывались все убийства, изнасилования, разбойные нападения. Уменьшились кражи личного и государственного имущества.

Глеб Андреевич не терпел неисполнительности и разгильдяйства, был требовательным к подчиненным и даже суров, если видел неисполнительность, однако дисциплинарные взыскания накладывал редко, только в крайних случаях. Суровость - это качество противоположное жалению и слезливой сентиментальности. Оно не означает жестокости, так как неотделимо от сострадания, которое всегда стремится помочь. Если проследить его деятельность, то можно сделать вывод, что справедливость и порядочность были главными чертами характера. Эти качества идут от сердца и многие ли люди могут похвастаться ими?

Полковник Баичкин Н.Н., работая под началом Карпенко Г.А., вспоминает, что во время дежурства по Октябрьскому району получили сообщение о ранении в живот мужчины, которого доставили в больницу. В утреннем докладе комиссар спросил:

- Что сделано по расследованию этого факта?

- Пока ничего неизвестно, товарищ комиссар.

Карпенко Г.А. вспыхнул:

- Если бы был ранен твой отец или брат ты бы, наверно, все узнал, а чужой человек никому не нужен,- и добавил:

- Дежурство сдадите, когда будет полная ясность.

Дежурным было известно, что на доклад к комиссару надо идти во всеоружии и знать не только за истекшие сутки, но и о серьезных происшествиях зарегистрированных ранее, но не имеющих полной ясности. Начальник Управления обладал хорошей памятью. Мог вспомнить эпизод недельной давности и спросить об исполнении.

В 1964 году Баичкина Н.Н. перевели из г. Мурманска в г.Пензу начальником пожарной охраны и его пригасил на беседу Карпенко Г.А.. Он расспрашивал, как проходила служба, что на его взгляд там было лучше, что хуже и как бы, между прочим, спросил:

-Как вы устроились?

-Пока живу с семьей в кабинете в пожарной части.

-А какая семья у вас?

-Жена и трое детей.

Глеб Андреевич прервал разговор, и стал звонить председателю Пензенского горисполкома Мальшакову Н.П.. Рассказал ему эту ситуацию и что УВД только через полгода построит дом, и попросил у него под гарантию трех комнатную квартиру. Вопрос был решен положительно. Комиссар вызвал машину, и они поехали смотреть. Трудно привести к добру нравоучением, легко примером. Он всегда остаётся в памяти детей или людей подчиненных по службе. Он же является основой для подражания. Баичкин Н.Н., по его словам, в дальнейшем всегда стремился относиться к подчиненным также.

Начальник УВД не переносил праздности на работе и "задержки" сотрудников после рабочего дня. Ветеран милиции Борисов В.М. вспоминает, что во время дежурства комиссар посылал его по этажам напомнить оставшимся, что рабочий день до 18 часов. Если кто не успевает пусть приходит в субботу или воскресенье.

Глеб Андреевич обращал внимание и на мелочи. В 1962 году в УВД переделывали систему связи и протягивали провода. Проходя по коридорам, Глеб Андреевич обратил внимание на них, остановился, посмотрел и приказал найти Ломизова В..- начальника отдела связи. Когда тот подошел он показал на провода:

- Ты зачем развесил эти "сопли"? Ломизов начал было доказывать, что это нормально, но во время вспомнил, что у начальника УВД электротехническое образование и высокий профессиональный опыт по электротехники и обмануть его невозможно. В другой раз, поднимаясь по ступенькам на второй этаж, Карпенко Г.А.увидел на стеллажах против лестницы цветы в горшках. Выглядели они грубо и не эстетично. Он вскипел от этой безвкусицы, выставленной на всеобщее обозрение, и раскидал "натюрморт". Затем вызвал руководителей ХОЗО и "круто" поговорил с ними, правда, извинился за горшки.

Нередко в нашей жизни встречаются люди внешне строгие, суровые, колючие, а внутри под колючками чистое, ранимое сердце, полное сострадания и участия. Склонность творить добро заложена глубоко в природе человеческой и не каждый человек раскрывается для других. Потому судят о людях не по словам, которые как воды текучие, а по поступкам.

До прихода Петровой Н. А. в органы внутренних дел отдел БХСС считался чисто мужским. Она была первой женщиной, которой предстояло работать с контингентом "довольных". В тот период ходил анекдот - Брежнев звонит Андропову :

- Чем занимается КГБ?

- Мы занимаемся недовольными.

- Гм, а что у нас есть и довольные?

- Есть, Леонид Ильич, но ими занимается БХСС.

- Гм,- опять хмыкнул Брежнев и положил трубку.

При поступлении на работу Петрову Н.А. предупредили, что представят начальнику УВД. Вместе с руководителем отдела она робко вошла в кабинет и сказала:

- Здравствуйте.

Карпенко Г.А. ответил на приветствие, ободряюще улыбнулся ей и что-то спросил, но из-за сильного волнения она не расслышала. Мордвинов В.С. доложил ее биографические данные и откровенно добавил:

- Мы предупредили ее, что у нас ненормированный рабочий день, бывают ночные вызовы и взяли обещание два года не выходить замуж.- Карпенко нахмурился:

-Зачем вы это делали?

- Так ведь по прежней работе у нее зарплата была выше, и работа спокойнее, и день нормированный. Примем, а она передумает и уволится.

Глеб Андреевич вышел из-за стола, подошел к ней:

-Не слушайте вы эти страсти и не бойтесь. Работайте также добросовестно, как работали на прежнем месте. Разницу в зарплате будем компенсировать премиальными. Выходите замуж хоть завтра, поможем в организации свадьбы.

Петрова Н.А. слышала от сотрудников о его строгости, но у нее не было страха перед ним. Она испытывала какой-то трепет, и в словах его чудилось что-то отеческое, доброе. Беседа явилась поворотным пунктом в ее судьбе и утвердила путевку на 27 лет службы в органах. Комиссар запомнил ее и по прошествии нескольких месяцев, встретив в коридоре УВД, пригласил в кабинет. Расспрашивал, как идет работа, не сожалеет ли о прошлой. Курят ли при ней сослуживцы, поскольку она была единственной женщиной, и не позволяют ли себе нецензурную брань в ее присутствии. Услышав, что все хорошо, отпустил.

Она проживала в общежитии, но ей подыскивали комнату в городе. И вскоре нашли в здании барачного типа, но отдельную. Заместитель начальника гор БХСС Козлов С.Н. сказал:

- Занимай.

Комната была в таком состоянии, что и бомж отказался бы. С помощью оперсотрудников отдела Кожина Б.и Канцаева Р.Д. сделала ремонт, куда вложила и свои средства, . Затем выписалась из общежития и переехала. Когда коснулось прописки здесь, оказалось, что поселилась незаконно. Как обычно у женщин - первым делом слезы. И такую Карпенко Г.А. встречает ее в коридоре УВД:

- Почему слезы, что случилось? Зайди ко мне.

Она рассказала о своей беде. Комиссар помрачнел:

- Кто занимался этим вопросом?

- Сергей Никитович предложил мне занять комнату. Я думала, что все законно. Карпенко Г.А. нажал кнопку дежурного:

- Найдите Козлова.

Через несколько минут зашел дежурный:

- Товарищ Комиссар, Козлов в отпуске и сейчас в аэропорту, улетает в санаторий.

- Вызвать ко мне,- приказал Карпенко

Вскоре прибыл встревоженный Козлов С.Н.:

- Вы занимались жилищным вопросом вашего сотрудника?

- Да.

- Почему не довели до законного конца? Сергей Никитович начал оправдываться, ссылаясь на занятость.

- Как незаконно вселили, также все и узаконьте,- поставил точку Начальник УВД.

Через несколько дней Петрова уже праздновала законное новоселье. Козлов С.Н. сам по своей по натуре замечательный человек, чувствуя свою вину, в жертву которой был принесен собственный отпуск, обиды на Петрову Н.А. не имел.

Глеб Андреевич, не смотря на высокую должность и внешнюю суровость жил скромно. В быту был прост, доступен, любил рассказывать забавные истории из жизни, живо красочно, азартно и интересно. В свободное время не отказывался сыграть в шахматы. Но главным увлечением его было общение с Природой - рыбалка. Только там, в атмосфере чистого воздуха, вдали от городов, загрязненных чадом выхлопных газов и негативом человеческим, можно действительно по настоящему отдохнуть и набраться сил Жена разделяла его взгляды на природу и сама нередко принимала участие. Длительное супружество всегда характеризуется созвучием.


Бывший зам начальника УВД Денисенко В.С., работая участковым уполномоченным, увидел его в местечке "Каланча" на озере, через которое сейчас проходит трасса Москва-Самара. Он ловил мелкой сеткой малька - наживку для хищной рыбы, рядом стоял ушастый запорожец, в котором сидела его жена Зинаида Юрьевна. Комиссар милиции разговаривал с ним доброжелательно, как с равным. Добрые семейные отношения, простота в обращении высокого начальника, произвели на молодого участкового приятное впечатление, и он подумал: " вот с кого бы надо брать. пример".


Свой "знаменитый" автомобиль Глеб Андреевич эксплуатировал до конца своих дней, продолжая исследовать водоемы области и после выхода на пенсию. Ездил на рыбалку и зимой и летом. Скончался 25 мая 1992 года.

Нет на Земле человека без недостатков, или грехов, как говорит церковь, но когда у него большое горящее сердце, то блекнут они в свете его. Добродетель человека можно назвать внутренней красотой его. И остается живой образ умершего, как эталон, которому хочется подражать и помнить всю жизнь.

Люди, перешедшие Великие Границы, остро чувствительны к мыслям воплощенных на Земле. Доброе памятование о них им радостно и приятно.


5.11-12. г.Пенза.


6


7