# Четыре рабочих дня

Яков Израилевич Добрякович

Все связаны невидимыми нитями...

Четыре рабочих дня

Яков Добрякович

"Все совпадения случайны, все события выдуманы..."


Темная весенняя дождливая ночь. Мокрый асфальт, отражение редких фонарей в лужах, темные окна и темные деревья. По улице идет человек - мужчина, одет в потрепанную куртку с капюшоном, спортивные брюки, черные кроссовки. Впереди, в нескольких метрах лениво движется собака - стаффордширский терьер - без ошейника и намордника, всем своим видом напоминающий беспризорную псину - если бы не порода. Судя по всему, они возвращаются с вечерней прогулки к новому, хорошо освещенному "монолитно - кирпичному" дому, огороженному железным забором, с будкой охраны. Из ворот навстречу первым двум персонажам выходит еще одна пара -

Высокий дородный мужчина слегка за сорок в распахнутом плаще и шляпе, в правой руке раскрытый зонт, а левую руку оттягивает поводок с рвущейся вперед болонкой в наморднике. Первый мужчина видит эту парочку и негромко подзывает пса, стремясь как можно незаметнее проскользнуть мимо - но это ему не удается.

Дородный господин, заметив пса без поводка и намордника, громко, с уверенностью в своей правоте и силе, явно радуясь возможности проявить свою власть в ситуации и показать себя, говорит, обращаясь к хозяину собаки:

"Слышь , ты, забрал пса, живо, я тебе сказал, тебе непонятно, сколько можно говорить, ты по-хорошему не понимаешь..."

Из этой речи ясно, что встреча это не первая, и, очевидно, конфликтная ситуация имеет продолжительный характер.

"Он не кусается, я же Вам говорил, воспитанная собака"

- явно пытаясь понизить градус разговора, говорит первый персонаж этой разворачивающейся сценки, тоном одновременно сдержанным и уговаривающим, глядя мимо собеседника и обходя его с целью зайти во двор...

"Так ясно, хрен ты клал на всех, как я погляжу, умный самый - я с тобой по-другому разберусь..."

Не унимается владелец болонки, пока первый с прижавшимся к его ноге стаффордом протискиваются мимо. Покорная позиция распаляет инициатора конфликта, ему хочется сказать еще что то, его что называется, "несет" - но в этот момент у первого мужчины в кармане "тренькает" мобильный телефон - пришло сообщение. Он вынимает телефон, мгновение смотрит на светящийся экран и, уже не обращая внимания на продолжающего изрыгать проклятия человека, мгновенно подобравшись, стремительно движется к подъезду своего дома. В тишине ночного двора вслед ему звучит сочная ругань уверенного в своей правоте сильного человека...

Войдя в тишину квартиры, он секунду медлит, глядя в зеркало в прихожей и, додумывая, вероятно, какую-то мысль. Вышедшей навстречу жене - в ночной рубашке, с умными спокойными глазами - говорит:

"Помой Джину лапы - у меня тревога".

"Что случилось?"

"Я не знаю, только что смска пришла"

"Опять блицкриг"?

"Не знаю, где ключи от БМВ?"

"На тумбочке", "может, поешь ? "

"Я не успею , да и не хочу, с собой дай что-нибудь..."

Через несколько мгновений он заходит в комнату старшего из сыновей - на кровати лежит по пояс голый пятнадцатилетний мальчик, в котором уже видны черты будущего крепкого мужчины. Он лежит на животе, подложив кулак под щеку и крепко спит. Наклонившись, отец целует его в затылок, мгновение смотрит и выходит, притворив дверь. Он заходит в комнату к младшим сыновьям - они спят на кроватях, стоящих в разных углах большой детской комнаты. Он целует среднего сына - ему на вид примерно десять лет, красивый белокурый мальчик и подходит к младшему - на вид пятилетнему - вдруг тот открывает глаза - " Пап, а я не сплю..."

"Спи, мой хороший"

"Пап, ты что, опять уезжаешь? Блицкрик?"

"Да, сынок, наверно, блицкрик. Дашь совет?"

"Пригибайся пап и стреляй быстрее..."

"Хорошо, зайчик мой, обязательно, спи мой хороший ..."

Целует его, гладит по голове и выходит.

У лифта целует жену и говорит:

- "Ну, если что, ты все знаешь, что делать"

Она взмахивает рукой, с деланным безразличием

- "Да не волнуйся ты, все нормально будет"

Открываются двери лифта . В нем находится семья соседа сверху -банкир ,богатый человек ,радостно - возбужденный ,в "фанатском" шарфе цвета российского флага ,у ног чемоданчик на колесиках с длинной телескопической ручкой .К руке прижалась симпатичная блондинка с красивой улыбкой...Кивнув ,Саныч зашел в лифт ,бросил прощальный взгляд на жену

.Двери закрылись.

Банкир находится явно в хорошем настроении ,здоровается с Санычем.

"Здравствуйте ,Михаил ,Вы в Португалию не едете?"

Вопрос застает Саныча врасплох. Он не понимает ,почему ,он, возможно ,рассматривается кем то как кандидат для поездки в Португалию .Вообще ,почему именно в Португалию -там что то случилось.. все эти мысли в мгновение ока пронеслись в его голове

"Здравствуйте -нет ,а что там случилось?"

"Ну что же Вы, Михаил ,надо быть немножко патриотом..."

"Согласен ,а что случилось то"

"Чемпионат мира ,вот что случилось ,наши с испанцами играть будут.. Вот ,едем поддержать -Россия ,вперед!!"

"А, понятно , удачи Вам"

Двери лифта открываются, словно переворачивается страница книги... Из подземного гаража вылетает черная БМВ и , почти задев поднимающийся шлагбаум, уносится прочь. Кажется, что уже в следующее мгновение, автомобиль въезжает в ворота огромного, явно официального здания. Во дворе суета, в которой тем не менее видна не паника, а осмысленность - грузят большую машину, люди садятся в большой автобус и маленькие микроавтобусы. В темноте не сразу видно, что все одеты в военную полевую форму и у многих оружие. Бросив машину на стоянке, он на ходу здоровается с несколькими такими же запоздавшими владельцами авто, чем то неуловимо похожими друг на друга...

"Привет, что случилось?"

"Здорово! Хрен его знает.."

"Блин, я в бане был"

"Ничего, сейчас нас пропарят..."

Они заходят в здание и оказываются в комнате, наполненной одинаковыми шкафчиками -раздевалке, в которой стоит гвалт и суета.

Происходящие напоминает ситуацию в раздевалке хоккейной команды перед важной встречей - все полуодеты, повсюду разбросаны предметы снаряжения, слышны обрывки разговоров на разные темы - видно, что люди слегка взведены - они действительно похожи на спортсменов и фигурами и возрастом - все в основном молодые, до тридцати. Сейчас уже видно, что первый персонаж нашего повествования немного старше остальных по возрасту, но не по статусу. Он, как и все остальные, открывает свой шкафчик и начинает экипироваться. На мгновение шум стихает - в помещение заходит старший. Видно, что это много повидавший человек, сильный и явно не дурак.

"Ну что, ребята, военная служба в мирное время - самое выгодное дело?"

"Кому - как..."

"Короче, есть шанс отличиться, я сам ничего не знаю, берем все, "Мамонт", хватит жрать, " Борисыч ", зайди ко мне..."

Фразы он эти произносит с небольшой паузой и оглядев всех, выходит. Движение возобновляется с новой силой...

Спустя некоторое время все уже едут в автобусе - комфортабельный туристический автобус. Как ни странно, салон представляет собой разительный контраст с раздевалкой - почти все дремлют, пара человек пишут смски , главный герой смотрит в окно, ему не спится - он вспоминает озеро в своей деревне, где провел детство, когда был увезен из Москвы к дедушке и бабушке, и погрузившись в воспоминания, почти засыпает, но в этот момент автобус заезжает на территорию аэропорта....

Практически та же картина, но уже салон большого грузового самолета - В нем стоит несколько микроавтобусов, по крышу заваленных рюкзаками и мешками защитного цвета и среди них и на боковых скамейках вповалку тут и там спят те же люди....

В следующее мгновение мы видим, как открывается рампа самолета и внутрь проникают первые лучи солнца - на горизонте видны горы и бездонное небо...Это длится какое-то мгновение, но все чувствуют красоту этого мига. Дальше происходит быстрая разгрузка самолета, погрузка в грузовики и автобусы и уже не группа людей, а вооруженный и сплоченный отряд выезжает с аэродрома...


Окраина небольшого на вид когда-то, возможно, даже курортного города - но явно не находящегося в расцвете сил, здание то ли школы, то ли подобного заведения. В классе или аудитории в некотором подобии порядка сидят около тридцати человек - те, кого мы видели раньше. Они выглядят немного усталыми и не выспавшимися, кто-то негромко разговаривает, но в основном молчат. Открывается дверь и входит "Старший" в сопровождении "Борисыча".

Тому около пятидесяти на вид, в нем видны бесстрашие и надежность, мудрость немало пожившего человека - "слуга царю - отец солдатам ". В юности он служил на флоте и что-то неуловимо морское присутствует в его внешности...

Находящиеся в помещении люди несколько неровно встают по команде одного из них: "Товарищи офицеры!", но вошедший Старший торопливо машет рукой:

"Садитесь"

разворачивая на ходу схему и выискивая взглядом , где ее разместить. Позади него школьная доска и схема прикрепляется к ней двумя кнопками - немного неровно, но все могут ее видеть. На ней изображен поселок с ярко выделенным красным зданием поселкового клуба.

Взгляды всех присутствующих скользнули по схеме и устремились на командира.

"Короче, так, мужики, ситуация плохая.

В селе была свадьба , сын главы администрации женился, гуляли в клубе, человек сто гостей - какие-то уроды вчера вечером примчались в село, ворвались в клуб, кого-то убили, заперлись там, короче, чего хотят неясно, участковый был там - выкинули без головы, наряд на подъезде хлопнули, еще пара ментов там была в гостях, начальник УГРО - их судьба неизвестна. Это пока все что знаю, по мере информирования буду доводить. Переговорщики уже пошли, как там будет - не ясно, ну наше дело нам известно. В соседнем селе клуб построен по такому же проекту - через час туда выезжаем, там и разберемся... Старшие групп, проверить вооружение и личный состав, через 15 минут доложить о готовности, пока все..., есть вопросы?"

Вопросы, конечно, были, но всем было понятно, что старший и так сказал все что знал...


Старое запыленное помещение клуба, группа в полном снаряжении медленно продвигается по коридору. Две группы по три человека и один старший чуть поодаль. Из темной ниши выдвигается сотрудник, изображающий террориста. Он голосом имитирует выстрелы из автомата "БАХ, БАХ"

В ответ раздаются несколько голосов - "Да ладно, ты убит уже..." Главный герой стоит в оцеплении, имитируя контроль подходов к дому и думая явно о своем... Возле него находится второй сотрудник, высокий плечистый парень, который якобы контролирует другое направление. Время от времени он вынимает из кармана разгрузки белые таблетки и жует их.

Между ними происходит неторопливый разговор:

"Что, все анаболики жрешь свои...?"

"Это аминокислоты"

"Ну - ну, а нормальная еда у тебя есть ? "

"Это нормальная еда"

"Понятно"

"Спать не хочешь?"

"Нет"

"Хорошо тебе на химии, а я вот задолбался..."

"Это не химия, а у тебя просто - старость..."

В следующий момент, уже эти ребята, вспотевшие и сосредоточенные, сменили предыдущую группу и тренируются внутри. Ситуации сменяют друг друга, день клонится к закату, все устали, недовольны, окончания занятиям не видно... Инструктора агрессивны, сыпят афоризмами, но видно, что они тоже устали...Появляется Старший, подзывает руководителей, что то говорит им.

Следует команда - "одеть противогазы"

Дальнейшее занятие проходит уже в противогазах, в темноте, с фонарями и без, с приборами ночного видения и т.д. Наконец, глубокой ночью, звучит команда "отбой"

Утро следующего дня главный герой встречает со своим напарником в качестве наблюдателей за зданием клуба, в котором держат заложников. Глаза обоих воспалены, заметно, что они серьезно недоспали, по очереди пьют воду из стоящей у ног пятилитровой пластиковой бутыли. Они находятся в жилом сельском доме на расстоянии примерно 100 метров от здания клуба. Тюлевые занавески скрывают их, они ведут наблюдение с помощью стереотрубы и бинокля. Автоматы лежат на кровати с пышной периной и горкой подушек, покрытых тюлем.

Перед зданием клуба натянута гирлянда из праздничных шаров, флаги и лежит труп участкового без головы. Тихо и безлюдно. Ничего не происходит.

Старший заходит в комнату к наблюдателям. Он то же выглядит усталым, но держится молодцевато.

"Здорово, орлы"

"Здравия желаем"

"Что видно?"

"Ничего, а что слышно?"

"Ничего хорошего - переговорщики ходили - вышел к ним какой то Абу очередной, говорит, там 218 человек, девять детей до шестнадцати лет - я вот не понимаю, на хрена детей на свадьбу тащить, ну в общем, чего хотят сами не знают, людей не кормят, сколько "духов" - неизвестно, ну сейчас технари работают, что-то скоро поймем. Эти уроды журналистов позвали, хотят выступить - ждем решения. Во время захвата уборщица сбежала, говорит, что их десятка два было, не меньше, ну оружия до хрена, это и так понятно, приехали на двух 66 -х, одна исчезла, одна с тыльной стороны стоит пустая. В общем, ждем"

"Блин и откуда они берутся на нашу голову..."

"Из тех же ворот, откуда весь народ"

"Вы поспите по очереди, неизвестно , сколько все это продлится, после двух вас сменят. Ладно, удачи"

"Спасибо, и Вам ."

Старший ушел.

"Мамонт" , пытается скрыть волнение ,но возбуждение предстоящей операцией захлестывает его ,он садится на стул и раскачивается на нем. Стул скрипит под тяжестью его мощного тела

" Саныч , а могут духи на прорыв пойти ?Через нас например ?"

"Все может быть"

Произнес Саныч , не отрываясь от стереотрубы

"А если с тыла ударят , у них же пособники есть.."

"Могут и с тыла..."

"А если одновременно - они же , скорее всего , одновременно.."

"Не умножай сущности сверх необходимого , балбес.."

"Это что значит?"

"Значит ,что одновременно на двух машинах один человек не ездит.."


"Машинах ? "

Саныч оторвался на мгновение от трубы ,с тоской взглянул на напарника ,и, отвернувшись опять к прибору ,сдерживая смех ,сказал

"Отдохни часик ,потом меня сменишь..."

"А машины причем здесь ? Ты ,Саныч ,непонятно рассуждаешь ,у вас там ,в прошлом веке все такие были. Ты, наверное ,еще кремневые ружья помнишь..."

"Не щекочи пальцами своей болтливости пятки моего гнева - серьезно, ложись ,потом все обкашляем ,я устал что то...

"Мамонт" встал со стула, подошел к кровати ,и рухнул в нее как подрубленный дуб .Через мгновение он уже спал..


. А оставшийся бодрствовать "Саныч" прикладывает к глазам бинокль и в сотый раз осматривает здание и подходы к нему, отмечая для себя возможные укрытия, непростреливаемые участки, прикидывая различные варианты маршрутов выдвижения к зданию...

Ночью они опять в том же клубе на тренировке - потные злые лица, вспышки фонарей, противогазные маски, быстрые перемещения... Главный герой выходит из здания и устало садится на крыльце, снимает противогаз и шлем, тяжело дышит. К нему подходит коллега:

"Ну что, сдох?"

"При такой тренировке и войны не надо, здесь все поляжем..."

"Говорят, они там все взрывчаткой обвешали, молятся, людей не кормят не поят... Зверье..."

"Ну а переговорщики что?"

"Да ничего, что они, их самих второй раз чуть не взяли - хотели труп забрать, так этот Абу предложил кому либо с трупом местами поменяться - а там уже запах, ребята в ста метрах чуют - думаю, долго это не продлится....Или взорвутся, или что-то потребуют..."

"Ну в целом то, что они хотят?"

"Как обычно, - справедливости!"

"Не надо искать справедливость, она тебя сама найдет..."

"Это точно"

Из подъехавшей машины входит "Борисыч" и машет рукой -

"Соберитесь ко мне"

голос его звучит хрипло, но говорит он по-домашнему, неофициально.

"Значит так, ребята, если переговоры ничего не дадут - то, вероятно, будем работать. Там уже дети в обморок падают, одна баба вот - вот родит, сейчас ее пробуют обменять, эти уроды по телефонам с родными прощаются... В общем, первое отделение - отдыхать, второе - смените ребят на наблюдении, утром поменяетесь, в обед еще потренируемся, а там видно будет...Все ясно?"

"А почему второе отделение наблюдать, мы только сменились?"

"Потому что так надо"

"Еще вопросы?"

"Больше нет"

"Жалобы, предложения, письма протеста? Заявления?"

"Нет"

"Вот и ладно, больные есть?"

"Только душевно"

"Это не считается, выполняйте, Саныч, подойди ко мне"

Борисыч и Саныч отходят в темноту.

"Короче, Саныч у "Мамонта" жена в положении, ты порядки знаешь, поэтому будешь в оцеплении, последи за ним..."

"А почему я в оцеплении? Что я, ни на что не годен? Или из-за детей опять? Ну сколько можно.."

"Все, это приказ, ты не на базаре, понял ? "

"Я понял, но я не согласен..."

"Ты Устав читал - сначала выполняй, потом обжалуй... Давай!"

Борисыч уходит в сторону машины, а Саныч прислоняется к дереву .Он чувствует унижение. Умом он понимает, что кто-то должен делать и эту работу, но хотел бы оказаться в гуще событий, там, где решается главный вопрос, быть равным среди лучших - но ему отказывают в этом и горе его безмерно...

В это время к одиноко стоящему "Мамонту" подходит снайпер с позывным "Тополь".

На вид ему лет тридцать пять ,выглядит сдержанным ,но в глазах его видны чертики...

Он обращается к "Мамонту"

"Слушай , балбес ,а если тебя выгонят завтра -что будешь делать - в мужской стриптиз пойдешь?"

"Почему сразу в стриптиз"

Настороженно переспрашивает "Мамонт" ,предполагая какой то подвох от старшего товарища ...

"Ну а что , мозгов у тебя нет ,а фигура -закачаешься...Самое место."

"Телохранителем пойду , например.."

"Ну да , так тебя и взяли - телохранителем ,это ведь думать надо.. вот шлагбаум поднимать ,наверное ,возьмут - а опускать его кто то другой будет.."

"Почему кто то другой , что, я не смогу что ли"

"Вообще то да , недооценил я тебя -подучить годик и сам сможешь..."

"Мамонт", понимая, что над ним подшучивают , пытался подобрать слова пообиднее ,но не нашел ,вздохнул и, отвернувшись от снайпера отправил в рот целую шоколадку...


Утро следующего дня. Картина такая же, главный герой наблюдает, молодой напарник спит на перине. Появляется Старший. Он одет в маскировочный халат, лицо закрашено гримом, он весь в грязи, возбужден и весел, как человек, только что переживший смертельную опасность и оставшийся в живых.

"Здорово, Саныч!"

"Здравия желаю"

"Чего набыченный такой?"

"Если Вы считаете, что я ни на что не годен - просто скажите, и я сам уволюсь..."

"Слушай, ну что ты как ребенок - седина в бороду, а все туда же... А здесь кто будет, за молодежью присмотрит. В общем, слушай расклад: в обед вас не сменят, ребятам еще надо позаниматься, а потом как они приедут, будете отдыхать до ночи. Вроде бы все сложилось, вечером картинку доведем. Я сейчас был возле, прямо к клубу подползли -короче говоря, они кое какие ошибочки сделали... Ну ладно, это вечером. Хорошая у вас позиция, а где ,кстати , смена молодая?"

"Тише, не разбудите, человек на войне..."

Старший делает два шага в сторон кровати, смотрит на безмятежно спящего сотрудника и, сбавив тон, улыбаясь ,говорит:

- "Ну , смотри, на кого их оставить? - ладно, бывай"

Уходит.

На чердаке этого же дома расположилась снайперская пара. Они оборудовали свою позицию по всем требованиям воинских канонов - мешки с песком, винтовка на сошках, труба, все вещи разложены в образцовом порядке - чувствуется высокий профессионализм и организованность. Тихо, наблюдатель смотрит в стереотрубу, снайпер смотрит на план поселка. Внезапно заговорила рация. Выслушав сообщение, наблюдатель вжимается в окуляр трубы и вполголоса докладывает:

"Вроде ,должны им воду подвезти и труп, наконец, забрать - о чем-то договорились. Сейчас таблетка должна подъехать..."

Снайпер выслушивает сообщение напарника, тянется было к винтовке, но, словно что-то вспомнив, останавливается "Слушай, а наши братья по разуму с первого этажа развития живые еще? Нас вообще кто-нибудь прикрывает?"

"Только они и прикрывают, если не спят, конечно, остальные уехали на генеральный прогон..."

"Нормально, стукани им, чтоб не спали..."

Наблюдатель стучит дважды по железной трубе, уходящей вниз, и слышит ответный стук.

"Живые"

В это время к школе подъезжает автомобиль скорой помощи...


Абу открыл глаза. Он стоял посреди зала, заполненного людьми всех возрастов, расположившихся частью в креслах, а частью на полу. Еще недавно зал был украшен большим количеством цветов и шаров, висел какой-то транспарант с пожеланиями счастливой совместной жизни...Сейчас здесь был хаос, повсюду были развешаны самодельные бомбы, через весь зал тянулись провода и в центре стоял молодой абрек с прикрытым платком лицом, прижимая ногой размыкатель цепи .Стоило ему убрать ногу, как эквивалент 94 килограмм тротила разнесет все здание на куски. Одно только это делало штурм невозможным, а на всякий случай Абу предусмотрел еще несколько ловушек. В целом, первая часть задания была выполнена достойно. 218 собак и щенков были в загоне, все воины действовали как учили...Одно беспокоило - присутствие приданных в последний момент двух незнакомцев - один явно араб, не говорит ни с кем, и глаза его горят странным блеском. Второй молодой еще парень, с жидкой бороденкой, с видеокамерой, ноутбуком и спутниковым телефоном, постоянно говорит по нему на чердаке на непонятном языке, для него даже шифер пробили в крыше...Отказаться было нельзя, да и Амир сказал, лукаво улыбаясь и становясь похожим на деда, играющего с несмышленым внуком - "У них своя работа, они тебе пригодятся..."

Может , и пригодятся, но за двенадцать лет на пути джихада Абу привык полагаться только на себя и Аллаха. Да и в глубине души он знал, что на себя гораздо больше. С момента гибели своих детей и жены в результате падения снаряда точно в его дом он не сворачивал с пути мщения, но не терял самообладания и находчивости. Чистый русский язык и артистические способности позволяли ему, используя форму этих собак ходить по их тылам и резать, резать и резать... Он быстро выдвинулся в лидеры, отличаясь от большинства своим кругозором и неутолимой жаждой мести.

Они и сам почти забыл то время, когда его звали просто Мамед и он был смышленым московским мальчиком. Его отец работал в милиции в Москве, он родился и рос там до десяти лет, то той страшной ночи, когда его отец, задерживая рецидивиста, получил ножевое ранение и умер на операционном столе. Мать забрала его к родителям в родное село. Первое время он скучал по Москве, по тихому зеленому дворику, старому двухэтажному дому, своему велосипеду и соседским мальчишкам, с которыми играл, дожидаясь прихода отца со службы... А потом вольная деревенская жизнь, горячая кровь, дерзкие ровесники сделали свое дело и к восемнадцати годам он превратился в красивого джигита, которому все было по плечу. Дед похлопотал насчет армии и отправил внука в Москву - помогать старому другу, который имел, какие то дела и обещал присмотреть за молодцом. Дело оказалось нетрудным - знай, ходи по Рижскому рынку в компании земляков да следи, чтобы никто не обижал своих торговцев, что продавали спортивные шапочки - "пидорки", пошитые из индийского теплого белья... Начиналось кооперативное движение, деньги делались из воздуха и этот воздух кружил голову ... Поначалу Мамеду все нравилось, он даже приехал в свой старый двор, надеясь отыскать друзей детства - но они разъехались, дом сломали и ничьих следов он не нашел. Но новая жизнь времени грустить не оставляла, по вечерам боролись на ЦСКА, выхватывали девчонок - все шло отлично, пока однажды благодетеля не застрелили из ТТ в затылок прямо в подъезде , когда он нес подарок внучке на День Рождения. Дальше случилось еще кое-что, о чем Мамед не любил вспоминать и он был вынужден уехать домой и попросить деда отправить его в армию. Служить он попал в мотострелковый полк, быстро себя поставил, стал заведовать спортзалом и однажды, под дембель, встретил - таки друга детства из старого московского дворика - Мишутку, как его звали во дворе. Он был помладше на года три, Мамед был рослым не по годам и легко возил в свои восемь пятилетнего Мишутку по двору на санках зимой и на велосипеде летом. Тот был худенький мальчик, рос без мамы - ее сбила машина, весь двор любил его и жалел и Мамед ему покровительствовал. Потом он уехал в деревню к родителям отца. Конечно, они бы друг друга не узнали, но помог случай. Мамед шел из столовой, крутил на пальце цепочку с ключами от спортзала да считал мысленно дни до дембеля, как услышал крики. Неподалеку трое били одного. Зрелище заинтересовало Мамеда и он замедлил шаг.

"Кого учите жизни?"

"Москвича"

"За что? "

"За то, что жируют, суки"

Мамед подошел ближе. Избиваемый в этот момент удачно извернулся и попал точно в нос одному из нападавших. Кровь хлынула на форму, Мамед захохотал

"Вай , молодца, москвич, давай, давай, вроде ты и не жирный..."

Вдруг из кустов выбежал дежурный по части - это был страшный человек, капитан по фамилии Полковников. Он обладал непонятным влиянием даже на командира полка и сроки увольнения в запас могли резко изменится в случае его немилости. Мамед обладал мгновенной реакцией и просчитал свои действия с быстротой молнии. Он резко двинулся в гущу схватки, выдернул из нее избиваемого, самого активного нападавшего оттолкнул и, развернувшись в строну набегающего Полковникова, доложил :

"Все в порядке, товарищ капитан, проблем нет"

Полковников остановился, посмотрел на бравого сержанта, похоже, самостоятельно наведшего порядок и слегка задыхаясь от бега сказал

" - Молодец, Мамедов, пойдешь в первую партию, а этого умой"

повернулся и исчез.

"Пойдем, умоешься, а ты где в Москве то жил?"

подталкивая терпилу в спину по направлению к туалету и еще находясь в образе спасителя - Вопрос он задал для проформы, а ответ заставил его замереть

"На Плющихе сначала, а потом в деревне в Оренбургской области..."

"Где, где?"

переспросил Мамед,

"на Плющихе - а дом какой ?"

"Десять"

"Зовут как?"

"Миша"

Мамед засмеялся -

"Мишутка, да я тебе второй раз жизнь спасаю..."

Солдат с недоумением посмотрел на спасителя.

"Помнишь, собака на тебя бросилась, ты убегал, я через забор тебя кинул, а она меня укусила - Мамед закатал рукав - на коже были видны следы старого укуса. Я Мамед, из 12 дома, помнишь меня?"

"Да, у тебя отец, кажется, военный был?"

"Нет, в розыске работал, убили его... Ну здорово, земеля , вот так встреча..."

Оставшиеся полтора месяца службы Мамеда они общались довольно часто, вспоминали детство, обсуждали планы дальнейшей жизни.

Да только планам их не суждено было сбыться - страна стояла на пороге своего распада... Была правда у них еще одна встреча, такая же случайная, в 93 году, через 6 лет после первой... Мамед тогда работал в бригаде Умара, в дальнейшем видного лидера сопротивления, а тогда они хаты "подламывали" и "выставляли". Умар уже имел "ходку", был "в авторитете", наводчики его давали "наколки" верные и дело шло. Мамед к тому времени уже женился на девушке из соседнего села, двое сыновей родилось, работы не было в республике, а детей кормить надо, мать болела, дед совсем сдал, молился целыми днями...

Вот в основном в Москве и приходилось бывать. И как то стоял Мамед на улице, ждал чего то. Остановилась машина, выскочил оттуда парень и кинулся поперек дороги -

"Мамед, брат, здорово !"

Пригляделся Мамед - Мишутка, да и не узнать, как и прошлый раз. Стал он повыше да покрепче, да и в глазах что-то появилось... Обнялись, поговорили, договорились встретиться, да не судьба - в следующую ночь накрыл Мамеда сотоварищи ОМОН, пришлось с третьего этажа выпрыгивать и через всю Москву босиком бежать до верного человека, потом на поезде домой...Остальных повязали, а Мамед ушел. И потом, уже на Пути, замечал в себе эту удачливость, способность в экстремальной ситуации принять единственно верное решение, спасало это его не раз...

Потом пришлось жить тихо, да опять свобода спасла - началась война. Поначалу хотел Мамед отсидеться, да куда там... В России в розыске, а здесь что ни день, то новый вариант. Ну а потом, когда все случилось, и дед только и выжил, оглохший и полуслепой, тут Путь к себе призвал. И оставил Абу Мамеда в прошлом и немало славных дел совершил, одно только расстраивало - не давался арабский и думал он по-русски - это и злило, и не один пленный эту злость на себе ощутил , и они речь русскую забывали и только блеяли как бараны, когда он их резал - а он не забывал...

... А так, знал он и верил в себя и в место свое, а сны - сны проходят... вот только замысла этой операции до конца не мог понять. Он знал, что простые решения - самые правильные, чем меньше комбинаций, тем лучше, был сторонником действий быстрых и жестких, потому то и следов не оставлял, и не искали, похоже, его особо - а тут что-то новое - сказали, что пора из тени выходить, в публичную переходить команду, и это дело - лучший способ - ладно, допустим, хотя и в тени было нормально...Но замысел -замысел понятен - взять свадьбу, держаться три дня, не поить не кормить, тянуть время, пресс-конференцию, переговоры на высшем уровне, потом такое решение - Оставить сестер, готовых уйти к Аллаху и братьев, которые разделят их судьбу, а самому... Это было самое красивое, он один знал решение и знал, что и в этот раз вернется живым. Правда, надо было взять с собой двух присланных в последний момент незнакомцев и несколько собак на всякий случай - и все будет хорошо. А место подобрали давно, благодаря его особенностям, долго случая ждали - что бы собак собрать побольше . Ждать и не проколоться - вот что было самое тяжелое... А место братья проверили еще полгода назад, когда бригада рабочих ремонт в клубе делала. Клуб сам был в тридцатые построен, а до того на этом месте то ли грузинский князь жил, то ли кто - древние были хоромы, часть их щебня и на постройку пошла .Да только мало кто знал, что древний хозяин в известняке видать на случай осады сделал ход подземный из замка своего в сад метров за 100...

На месте сада теперь дома поселка и листва густая приусадебных участков. Ход вел в подпол одного из домов, чтобы в него попасть, надо было еще примерно с метр прокопать. Полгода назад верный человек и лопаты две и кое-что еще оставил там. Выход из подвала клуба был за фанерной стенкой, на вид - стена стеною, то , что надо. Абу во всем удостоверился сразу, как порядок навели, постучал по фанере - точно, пустота, вот и хорошо. Смущают только наблюдатели эти, в последний момент присланные. Ну да ладно, видно будет....

Мария Михайловна Кулистикова , женщина пятидесяти двух лет, сидевшая на полу среди других заложников, в когда то праздничном, а теперь порванном и грязном платье всю жизнь после окончания Московского педагогического института проработала учительницей русского языка и литературы в этом селе. Попав сюда по распределению, она коренная москвичка, как-то быстро прижилась, вышла замуж за местного парня, родила сына и дочь, стала уважаемым и известным в районе человеком. Это была уже, наверное, сотая свадьба, на которую ее приглашали бывшие ученики. Жених, сын главы районной администрации Вагит, пять лет назад окончил школу и жил неподалеку. Несмотря на, по местным меркам, "всесильного" отца, парень он был скромный, воспитанный, проезжая на белом "Мерседесе" всегда опускал стекло, и здоровался, помог как-то с организацией лечения для внучки и вот теперь пригласил на свадьбу в числе прочих гостей, которая прервалась таким страшным образом. Когда незнакомые вооруженные люди появились в зале, где танцевали пары и стоял накрытый стол и начали стрелять вверх, в первый момент Мария Михайловна подумала, что это часть какого то розыгрыша или представления и даже не очень испугалась, но потом, то что произошло потом, напоминало оживший ночной кошмар...

И вот теперь, сидя на полу среди сотен других гостей свадьбы, своих бывших учеников, она благодарила Бога, что, не зная с кем оставить внучку, чуть было не взяла ее с собой, но соседка выручила - забрала к себе. Мария Михайловна была уверена, что живой ей отсюда не выйти, она раньше читала про захваты заложников, но все это происходило где то и воспринималось несколько отстраненно... И теперь, оказавшись в этой страшной роли, она чувствовала себя обреченной... Кружилась и болела голова, особенно в том месте, где ее ударил автоматом молодой рыжебородый парень, хотелось пить и в туалет -она сидела, опустив голову и длинные ее полуседые начесанные волосы спускались до грязного пола, скрывая ее лицо...

"Тетя Маша, а если я еще раз попрошусь в туалет, пустят - я сегодня уже ходила, но опять хочу?" - услышала она шепот своей соратницы по несчастью - тринадцатилетней Верочки Жуковой, которая в числе прочих участников детского ансамбля должна была вечером развлечь гостей свадьбы народными песнями по задумке отца жениха. Теперь они все сидели рядом, в ужасе пытаясь понять происходящее, но уже никто не плакал, после первых часов наступило оцепенение... "Попробуй, дочка, сейчас Хасан дежурит, может ,пустит, он не видел, что ты ходила. Рыжий ушел куда-то..."

Протиснувшись мимо сидящих людей, девочка, прихрамывая из-за затекших ног, приблизилась к стоявшему с ногой на размыкателе огромному бородатому Хасану, лет тридцати, обвешанному оружием - он презрительно качнул головой в сторону мрачной женщины в черном одеянии и опять уставился в стену. Осторожно обойдя его и стараясь не наступать на провода, девочка прошла мимо женщины в черном в сторону туалета. Он располагался на втором этаже , и возле него в коридоре было окно. Верочка бросила взгляд на такую близкую и такую недоступную свободу: были видны тополя, высаженные в ряд, стоянка машин, заполненная машинами гостей, пустая площадка перед клубом, на которой лежал труп в милицейской форме без головы и метрах в ста виднелись дома частого сектора... Выйдя из туалета, девочка на несколько мгновений осталась в коридоре одна. Она бросила взгляд на оконную раму и увидела, что ей по силам открыть окно. Оно находилось высоко от земли , и внизу был асфальт, но вдруг, неожиданно для самой себя, девочка начала действовать. Весь ужас последних дней, жажда жизни молодого человека, находчивость и непокорность - все слилось в один клубок энергии, который бросил ее вперед. Она решительно шагнула к окну, быстро, аккуратно и бесшумно вытянула щеколду снизу, залезла на подоконник, потянула верхнюю щеколду и плавно открыла окно - внизу "серел" асфальт и было очень высоко. Верочка прикрыла от ужаса рот рукой и решительно шагнула вперед...

Наблюдатель снайперской пары, не отрываясь от окуляра стереотрубы, медленно разворачивал батончик "Баунти" и так же медленно тянул его ко рту, как вдруг скороговоркой сказал - "Открывается окно второго этажа, это коридор..."

Снайпер прильнул к прицелу - "Где?"

"Второй этаж, справа, ближе к углу"

"Вижу"

Наблюдатель нащупал тангету радиостанции и нажав ее, произнес

"Тополь - Барсу, наблюдаю движение в окне второго этажа..."

"Девочка, девочка, собирается прыгнуть, прыгнула, лежит на асфальте, признаков активности противника нет..."


Главный герой нашего повествования смотрел на изученный до мелочей ландшафт, ожидая появления санитарной машины с запасами воды для заложников. Время было уже около полудня, ленивый ветер гнал бумажки вдоль горячего асфальта, ровным счетом ничего не происходило. Напарник снял бронежилет, расстегнул форму и держал в руках разгрузочный жилет, регулируя один из плечевых обхватов. Шлема обоих и бронежилет главного героя лежат на кровати ... Напарник уколол чем- то палец, выругался....

"Жарко..."

"Да"

"Саныч, что там видно?"

"Да ничего нового"

"Ты не заколебался туда смотреть, давай сменю?"

"Да ладно"

"Как там ВВшники, родственников отогнали?"

"Вроде да, врагу не пожелаешь..."

"Точно, я б с ума сошел...Как ты думаешь, работать будем или договорятся?"

"Мы в любом случае нет"

"Почему это нет?"

"По определению..."

"Какому определению?"

"Верховного суда... менеджер проекта сказал, что мы в оцеплении будем по любому, так что время подвигов мое уже ушло, а твое, судя по всему, не наступило..."

"Блин, да что такое..."

"Да ладно, все у тебя впереди..."

"Я уже два года служу, и все в оцеплении..."

"А я еще двадцать и пока в оцеплении..."

"Саныч - ну, продуманный ты тип, аж слушать тебя неохота, я после смены подойду к командиру .."

"Смены не будет, обещали прислать агитатора... А если серьезно, пока ты спал, заходил шеф - сейчас тут нет никого, кроме нас и снайперов, и ВВшники в оцеплении, а к вечеру наши вернутся и, там видно будет"

"Нет, ну что за жизнь, обещали антитеррор - я полы мою чаще, чем в училище..."

"Тренируйся, когда-то ты выйдешь на пенсию , и как то придется зарабатывать на жизнь..."

"Ты что-то не особо голодаешь?"

"Так я и не на пенсии еще, что тебя конечно удивляет..."

"А сколько тебе осталось?"

"Ладно, подмени меня, я отойду...."

Саныч встал, потянулся, и покрутив головой, и разминая затекшие мышцы подошел к шкафчику. В нем рядами стояли фотоальбомы. Взяв один из них, он стал его листать, просматривая фото. Наблюдающий напарник не оборачиваясь, сказал

"Да, тут ничего интересного, я уже все рассмотрел..."

"А где хозяева , эвакуировали?"

"Нет, не было никого, соседка ключи дала, где хозяева я не знаю..."

В этот момент, перевернув очередной лист с фотографиями, Саныч остановился и пристально вгляделся... На старой черно - белой фотографии был изображен заснеженный двор, угол старого дома и девочка, везшая на санках большого плюшевого медведя. В первое мгновение Саныч не понял, что именно привлекло его внимание, но спустя несколько секунд понял - это был двор его детства и угол его давно сломанного дома...

После нескольких секунд оцепенения, во время которых в его памяти вспыхивали размытые картинки из детства, лица друзей, бегущих за ним, едущим на педальной машинке, среди компании озорников одна девчонка, похожая на ту, на этой фотографии...

Игра в футбол с соседскими мальчишками, когда он, самый маленький ,стоит на воротах и зажмуривается ,видя приближающийся мяч..."

"Представляешь, Макс, я тут вижу фотку моего старого дома в Москве, ну надо же, откуда здесь это....Ничего себе... Слушай, а действительно, где хозяева..."

"Движение, Саныч , прыгнул кто то...."

прервал его на полуслове напарник,...Бросив альбом, в два прыжка Саныч вернулся на позицию и схватив бинокль, увидел как лежащая в жарком мареве нагретого воздуха девочка приподняла голову с растрепанными волосами и опираясь на руки попыталась приподняться, но, видимо, будучи травмированной, не смогла этого сделать и тогда, превозмогая боль быстро поползла за угол дома и скрылась за ним именно в тот момент, когда бородатая морда появилась в распахнутом окне выглянув и быстро оглядев площадку перед окном, скрылась внутри...

В этот момент показалась санитарная машина с водой, поворачивающая с улицы на площадь перед зданием...

Главный герой заметил, что гарнитура его наушника болтается отдельно, вставил ее в ухо и сразу услышал скороговорку наблюдателя снайперов на чердаке

"...Пыталась убежать, сломала ногу, заползла за правый угол здания, ее ищут, в коридоре суета..."

Абу почувствовал усталость. Шел третий день работы и весь груз , лежавший на его плечах стал, кажется, намного тяжелее. Он не сомневался в успехе операции, но хотелось скорее перейти к активной фазе, его деятельная натура с трудом переносила вынужденное бездействие ...Он посмотрел на телефон - команда все не поступала. Был и резервный вариант, предусматривающий его самостоятельные действия по исходу четвертых суток, но он надеялся, что столько ждать не придется ... Он бросил в рот несколько виноградин с блюда, которое осталось от праздничного свадебного стола, и подошел к забаррикадированному окну, в котором была оставлена щель для наблюдения. Но не успел наклониться к ней, как услышал гортанный крик и обернулся на него. По коридору бежал самый молодой из участников группы, восемнадцатилетний Аблул - сын покойного Резвана, руководителя Западного сектора. Он напросился на эту операцию, да и по правде говоря, был достойным и смелым воином, но сейчас на лице у него была растерянность.

"Абу, она сбежала, Абу..."

"Кто она, говори спокойно...?"

"Девка , Хасан отпустил, а она в окно выпрыгнула..."

"Ушла?"

"Да"

"Баранов пасти Хасану не доверю..."

В этот момент, отделившись от стены неслышно приблизился тот, со странным взглядом, араб и неожиданно, на чистом русском языке спросил

"Хасан не отсюда родом?"

Удивленный тем, что араб, оказывается, говорит по-русски, Абу ответил не сразу -

"Нет, а что?"

Араб повернулся и пошел в зал, на ходу бросив -

"Поговорю с ним..."

Абу вытер лоб рукой, похлопал Абдула по плечу и сказал -

"Покажи, где ушла?"

Они подошли к окну

Выпрыгнув, Вера закрыла глаза и даже не почувствовала удара. Вероятно, на какое-то непродолжительное время она потеряла сознание, но пришла в себя довольно быстро и сразу вспомнила все .Она попыталась вскочить, но острая боль в ноге бросила ее обратно. Как раненый зверь пытается забиться в нору, так и она инстинктивно попыталась укрыться и заползла за угол здания, в тень. Ее тело сотрясала дрожь, ей хотелось кричать, и при этом она не могла вымолвить ни слова. Казалось, время остановилось, марево горячего воздуха обвивало ей лицо, мысли ее спутались и она , откинув голову на руку и завалившись набок, снова потеряла сознание, став похожей на забытый в углу комок ветоши. В этот момент, сделав широкий полукруг к главному входу в клуб, подъехал санитарный автомобиль. Он был наполнен упаковками воды, которые террористы почему-то разрешили, наконец, передать заложникам. В кабине находилось двое - водитель, капитан МЧС и переговорщик, сумевший добиться этого результата. Они не видели побега Веры, были серьезны и напряжены. По уговору, водитель должен был остаться за рулем, а переговорщик перетаскать упаковки к дверям, после чего кто-то их занесет внутрь, а переговорщику передадут конверт с посланием властям. Переговорщик, мужчина средних лет с серыми глазами, отогнул обшлаг рукава рубашки и посмотрел на часы - секундная стрелка замыкала круг, и выйти из машины он должен был ровно в час дня...

"За все дни противостояния не удалось добиться серьезного успеха в переговорах. Требования были противоречивые и невнятные, к заложникам они никого не допускали, никого не выпустили, пресс-конференция , от которой ожидали разгадки этого теракта, ничего не дала. Повторив всякую банальщину о выводе войск и о свободе народа ,они вытолкали оператора и корреспондента, толком не дав ничего узнать. Совокупные результаты применения технических средств наблюдения дали печальную картину -террористов около 25 человек, четыре смертницы, под сто килограмм взрывчатки, командует малоизвестный полевой командир, некий "Абу". Окончательные цели не ясны, конструктивной позиции они не займут, заложники обезвожены, счет времени для принятия решений идет на часы. Это все"

- Начальник штаба операции бросил карандаш на пачку бумаг и посмотрел на членов своей команды

"Предложения рассмотрены, мое мнение Вы знаете..."

Секундная стрелка на часах переговорщика начала отсчет последних пяти секунд...

Мария Михайловна услышала шум и осторожно подняла голову. Она увидела, как из коридора вылетел бородатый темный, страшный араб с бешеными глазами и гневно что-то говоря, подступил к невозмутимому Хасану, который стоял, скрестив руки на груди и презрительно глядя перед собой. Его левая нога стояла на размыкателе, спина была прямой и неподвижной. По мере приближения араба к нему, он слегка отклонился назад, лицо его стало утрачивать обычное презрительное выражение и, люди хорошо его знавшие, поняли бы, что он впадает в гнев, но араб к их числу не принадлежал...

Снайпер медленно вел стволом винтовки вдоль своего сектора обстрела, задерживаясь у каждого забаррикадированного окна первого этажа и свободных окнах второго...

Саныч потянул к себе лежащую у его ног на полу разгрузку, не отрывая глаз от бинокля...

Его напарник повернулся к кровати и протянул руки к оружию, лежавшему там...

И в этот момент...

Секундная стрелка дошла до цифры 12 и переговорщик начал приоткрывать дверцу машины, намереваясь выйти...

Мария Михайловна увидела, как наливаются кровью глаза Хасана и он коротко, без замаха бьет подлетевшего к нему араба, но тот, с быстротой молнии уклонившись от удара бьет Хасана по щеке ладонью и в этот момент нога Хасана на мгновенье приподнимается ... Все исчезает во вспышке...

Снайпер, смотрит в прицел и вдруг вздрагивает всем телом - он видит взрыв в клубе и облако пыли, взметнувшееся над школой, раздается резкий глухой удар и голуби резко взлетают с площади...

Саныч замирает, глядя на ту же картину, а затем, отклонившись , одним движением накидывает разгрузку и хватает с кровати свой автомат. Его напарник уже одет и готов.

Абу обнаруживает себя лежащим в коридоре и засыпанным строительным мусором и побелкой, он кашляет и пытается встать...

Переговорщик полулежит на сиденье, и он и водитель - мертвы, машина разбита и искорежена и только часы на окровавленной руке переговорщика отсчитывают время...

Сначала тихо, но постепенно становясь громче, раздается стон и крик многих людей. Из затянутого дымом здания появляются фигурки оглушенных окровавленных людей, которые спотыкаясь и падая, стремятся покинуть это страшное место...

Снайпер, закусив губу, смотрит в прицел и видит в дыму людей,

ошеломленное лицо напарника

сосредоточенное и озадаченное лицо Саныча,

скороговорка наблюдателя в радиостанцию.

"у них произошел взрыв, люди бегут в нашу сторону..."


Абу, быстро придя в свое обычное состояние , заглядывает в зал. Картина ужасна - весь пол усыпан обожженными, убитыми и ранеными людьми, кто-то стонет, кто-то кричит, одна стена почти полностью разрушена, потолок разрушен и горит и видно, сравнительно уцелевшие люди перебираются через обломки и пытаются уйти. Возле Абу появляется его заместитель, встретившись взглядом, они, не сговариваясь вскидывают автоматы и начинают стрелять в убегающих людей... Мария Михайловна в этот момент приходит в себя и открыв глаза видит, как над ней стоят Абу и его заместитель и стреляют ... Гильзы сыпятся на нее...Она в ужасе смотрит на боевиков...


Снайпер вглядываясь сквозь прицел внезапно в дыму отчетливо видит оскаленное лицо заместителя Абу, стреляющего по людям. Снайпер стреляет в то же мгновение, без малейшей задержки, тот исчезает из поля зрения...


Мария Михайловна в шоке видит словно в замедленной съемке , как пуля вышибает мозги заму Абу и он валится как подкошенный. Его кровь забрызгала Абу лицо, но многолетняя выучка и боевой опыт срабатывают, и он мгновенно бросается вниз и там встречается взглядом с Марией Михайловной...


Наблюдатель докладывает

"Люди бегут, противник открыл стрельбу, мы отвечаем..., один дух уничтожен..."


Саныч говорит в гарнитуру -

"Тополь, мы пойдем вперед, Вы одни, вы одни, как понял меня?"

"Понял, прикроем"

Они с напарником выскальзывают из дома и бегут прямо в сторону дыма, навстречу им бегут люди, вырвавшиеся из этого ада, а вслед им все плотнее и плотнее раздается стрельба. Видно, что у террористов первое ошеломление прошло и появилось управление боем...

Абу вгляделся в лицо женщины , лежащей практически прямо под ним и неожиданно даже для себя спросил:

"Живая?"

"Да"

одними губами сказала она

"Идти сможешь?"

"Да"

"Давай , за мной иди"

Они на четвереньках протиснулись в коридор, где Абу встал в полный рост, подозвал к себе пару боевиков и дал распоряжения. В одной из комнат теснились заложники, которых удалось собрать, человек пятнадцать, в их глазах застыл ужас... Бросив на них быстрый взгляд, Абу посмотрел на отрешенно сидевшую у его ног женщину, рывком поднял ее и толкнул вперед

"Сюда иди"

В торце коридора была незаметная дверь, за которой был спуск в подвал, в котором был путь на свободу. Абу посадил Марию Михайловну на лестницу и приказал

"Тихо сиди"

и вышел, притворив дверь.

Он решил, что на крайний случай ему может пригодиться и эта собака...

Подбежавшие к школе Саныч и напарник прижались к стене, напарник страховал спину, Саныч вглядывался в сторону главного входа. Дым редел, но еще был достаточно густым, чтобы позволить незамеченными добраться туда. Вокруг лежали трупы пытавшихся спастись заложников, обломки кирпича и шифера, стояла разбитая санитарная машина...Автоматы боевиков били реже, по каким-то невидимым отсюда целям со стороны оцепления изредка щелкали сухие выстрелы снайперов...

"Значит так - я сейчас к входу - ты здесь, когда сигнал дам, ты ко мне..."

"Саныч , главный вход наверняка заминирован..."

"Нет, они воду через него грузить хотели, все, давай..."

Саныч метнулся к главному входу и взлетев по ступенькам присел у двери. По нему никто не стрелял, , никто не видел... Он осторожно, скрываясь за каменным основанием стволом автомата толкнул тяжелую створку большой двухстворчатой двери с выбитыми стеклами....

Она неожиданно легко подалась. Мгновение поколебавшись, Саныч сбоку, чуть отпрянув от двери и изогнувшись , прижав автомат к плечу в готовности открыть огонь заглянул внутрь - увидел заваленный обломками холл, очертаниями напоминавший тот, где тренировались и левой рукой дважды нажал тангету. Через пару мгновений напарник стоял рядом, держа ствол над головой Саныча в направлении холла. Они не видели, как в комнате второго этажа, расположенной прямо над главным входом заметивший их террорист знаками показал напарнику вниз и приготовил гранату. Второй кивнул и они приблизились к окну, первый выдернул кольцо и почти бросил гранату, но пуля снайпера откинула его внутрь комнаты граната покатилась к оцепеневшему второму террористу, он сделал попытку схватить и выбросить ее но не успел ... Раздался взрыв, поглотивший обоих...

Саныч и напарник на взрыв, раздавшийся у них над головами среагировали синхронно -влетели в дверь и залегли в противоположных направления холла, стараясь прижиматься к колоннам. На широкой лестнице, ведущей наверх, показался бегущий вниз боевик с искаженным лицом. Видимо, спохватившись, Абу послал пулеметчика перекрыть вход. Добежать он не успел. Очередь напарника разрезала его пополам, он выгнулся дугой и разбрызгивая кровь во все стороны долго хрипел и бил ногами в агонии...


Снайпер с наблюдателем были заняты работой, они выглядели как единый слаженный механизм, только у наблюдателя в руках была уже не труба, а автомат с коллиматорным прицелом и "увеличилкой", а снайпер не отрывался от прицела.

"Слева, второе окно"

"Чердак, движение..."

Они сосредоточенно работают, стреляет и тот и другой. Вдруг в момент тишины пуля влетает в чердачное окно и бьет в верхний мешок с песком, ограждающий снайперскую позицию... Из мешка вылетает облачко пыли..

"Где?"

"Смотрю"

"Чердак, шифер, оптика"

"Где?"

"Слева где шифер пробит, блеск"

"Вижу"

В этот момент еще одна пуля бьет точно в стереотрубу, стоявшую рядом с наблюдателем, и сносит ее со стола...

Снайпер стреляет в ответ, они как будто не замечают произошедшего...

"Попал?"

"Не вижу"

"Блестит"

Снайпер стреляет еще раз.

"Готов"

На мгновение отрывается от прицела и видит лежащего навзничь наблюдателя с пробитой головой. Нажимает тангету и прилипая к прицелу говорит.

"Барс, я Тополь, " Серый" "двухсотый"...

В этот момент из глубины полуразрушенного зала клуба начинает работать пулемет, обрабатывая выявленную снайперскую позицию. Со стороны все выглядит так, что на чердаке никто не может уцелеть...Множество огоньков пляшет на внешних обводах крыши и чердака, внутри снайпер как ящерица стремительно ползет к лазу вниз с противоположной стороны, а вокруг разлетаются в щепки стропила, опилки, которыми устлан пол чердака взлетают вверх, шифер выбивается и на чердаке быстро светлеет... Снайпер ныряет головой вниз и съезжает по лестнице на животе до земли. Вскочив на ноги, он нажимает тангету и слегка задыхаясь, говорит:

"Тополь - Барсу - меня обнаружили, меняю позицию"

И выглянув из-за угла , перебегает к гаражу...

Абу связывается с руководством

"Они начали, мы сражаемся, многие стали шахидами..."

Выслушивает ответ

"Понял, по плану работаем"

После чего выслушивает доклад подчиненного

"Два "кафира" внизу, Сулик принял шахаду..."

"Забросайте гранатами и займите вход, понял? Туда два пулемета"

Саныч и напарник видят, как по ступеням широкой лестницы катятся, подпрыгивая, несколько гранат и бросаются в боковое крыло клуба. Влетая в дальнюю слева дверь , они видят одного лежащего на полу террориста и двоих, стреляющих очередями и визжащих как черти... На полу валяются шприцы и видно, что "духи" абсолютно безумны. Два автомата заставляют их умолкнуть. В холле звучит несколько взрывов и боевики, стреляя на ходу скатываются по лестнице и занимают позицию. Старший этой группы осматривается и понимает, куда укрылись спецназовцы ...Он жестом подзывает одного из подчиненных и они пытаются по коридору приблизится к крылу здания, но выстрелы оттуда заставляют их укрыться...

У Саныча с напарником возникает оперативная пауза... Пока напарник лежит в дверном проеме и "держит" подход к их комнате, Саныч осматривается. Похоже, это помещение типа дворницкой или комнаты для охраны - стоит двухъярусная железная кровать с матрасами, стол, окно полу завешено армейским одеялом, на окне прочная решетка... На полу трупы трех боевиков...

Саныч встает сбоку от окна и подобрав осколок зеркала, смотрит в его отражение во двор. Он видит в отражении, как к зданию на большой скорости, практически повторяя маршрут санитарной машины летят два БТРа, облепленные спецназовцами. В этот момент ...

Другая снайперская пара работает из пятиэтажки. Наблюдатель видит отблеск в окне, в котором находятся наши и кричит -

"Оптика, первое слева"

"Внизу"

"Да"

Снайпер стреляет.

"Попал?"

"Не вижу"

Стекло разлетается в руке у Саныча....Он нажимает кнопку на передающем устройстве.

"Барс - Соколу, крайнее окно слева, мы внутри, не стреляйте сюда, не стреляйте ,как поняли?"

"Саныч, ты?"

"Я"

"Макс с тобой?"

"Да"

"Уточни, где вы?"

"Край слева, не стреляйте, окно с решеткой, я сейчас тряпку белую на окно повешу..."

Саныч хватает грязную простыню и стоя по-прежнему сбоку от окна, стволом автомата пытается пропихнуть простыню в решетку. Наконец ему это удается и она наполовину свешивается снаружи. Пока это происходит, еще несколько пуль влетают в окно..

"Хорош стрелять, левое окно ,белое в окне, видите?"

"Внимание, по левому окну, где простыня, не стрелять, там наши..."

В это время спешивающиеся с БТРов сотрудники попадают под кинжальный огонь двух пулеметов, установленных в центральном входе. Несколько человек падают, другие укрываются за БТРом, второй БТР пересекает площадь и подъезжает к угловому окну... Пока его пулемет обрабатывает второй этаж и несколько спецназовцев под его прикрытием так же ведут огонь, из-за него спокойной походкой выходит Степаныч. Это отрядный водитель, сорока лет, опытный специалист в своем деле. Он идет как будто находится не под обстрелом, а у себя в гараже...Он подходит к окну

"Здорова, Саныч ,ты штоль здесь?"

"Я"

"Как тебя-то сюда занесло? Ты ж в оцеплении должен быть?"

"Открыто было и зашел"

Степаныч заглядывает в окно и видит несколько трупов и распростертого в дверях напарника, ведущего огонь куда то в коридор

"Ого, и Мамонт здесь..."

Степаныч поворачивается к БТРу, сноровисто снимает с брони закрепленные на ней тросы с крюками и цепляет их за оконную решетку. Стучит по броне и кричит Санычу

"Поберегись!"

БТР медленно пятится назад и со звоном выдергивает решетку из окна, в него тут же начинают проникать спецназовцы...

Абу понимает, что в ходе боя наступил перелом, у противника есть плацдарм в здании и там накапливаются силы. Он принимает решение положить в конце коридора опытного пулеметчика, что бы тот не давал высунуться спецназовцам из комнаты и одновременно прикрыл его маневр - перебраться поближе к спасительной двери, где его ждет заложница...

Мария Михайловна сидит за дверью на лестнице, обхватив голову руками и вздрагивая от близких взрывов и выстрелов

Санитары вытаскивают тело наблюдателя с чердака...

Снайпер , оставшийся без наблюдателя ведет огонь с крыши гаража...

Спецназовцы столкнулись с проблемой - пулемет не дает выглянуть из комнаты в коридор. Ломают стену в соседнюю комнату и приближаются на бросок гранаты к пулемету. Прикрывшись щитом, неожиданно для пулеметчика из второго дверного проема швыряют несколько гранат, пулемет замолкает...Только группа выстроившись в боевой порядок начинает движение за щитом, как с лестницы скатывается шахид обвешанный взрывчаткой, он бежит прямо на спецназовцев, они ведут по нему огонь и, не добежав метров 10 он взрывается, разлетаясь на куски. Оторванная рука бьет в щит. После этого взрыва оглушенные воины занимают оставшиеся помещения, практически не встречая сопротивления. В одной из комнат обнаруживают несколько заложников, среди них дети. Когда они их эвакуируют, выводя и вынося детей, из одного из не зачищенных помещений, выскакивает, пользуясь тем, что контролировавший вход в комнату отвлекся на то, что бы взять у напарника пятилитровую бутыль с водой...Террорист убивает бойца с бутылью и стреляет вслед уносящему ребенка сотруднику. Он вздрагивает от попадания пуль, часть из них задерживает бронежилет и у него хватает сил дойти до выхода и передать ребенка товарищам. Террорист, несмотря на ответный огонь, скрывается в дверном проеме...

Со стороны видно, как с торца здания по приставленной лестнице спецназовцы проникают на второй этаж, бой движется к своему завершению...

Один из спешившихся с первого БТРа сотрудников с позывным "Ангел" , ведя огонь по второму этажу в момент перезарядки оружия замечает лежащую за углом Веру. Она пытается поднять голову, но заметно, что она находится в шоке...

"Ангел" меняет магазин в автомате и говорит напарнику -

"Прикрой"

Тот встает на его место, и сотрудник бросается к стене здания к девочке...

Картина, увиденная Верой похожа на фильм ужасов - вокруг огонь, дым, убитые люди, все плывет и качается... И вдруг как ей кажется, прямо с неба, как ангел, к ней приближается огромный воин неземной красоты...Он освещен сияющим за его спиной солнцем, лучи нестерпимо жгут глаза и в глазах Веры появляются слезы...Спаситель берет ее на руки и, ей кажется, что она взлетает к самому небу...

Напарник видит, как его друг взял на руки девочку и развернувшись, закрывая ее своим телом от летящих осколков стекол с верхнего этажа, двинулся к БТРу. В этот момент напарник видит ствол автомата и силуэт террориста в окне второго этажа, стреляет и в этот момент у него заканчиваются патроны. Не отрывая взгляда от цели, он стремительно перезаряжается, понимая, что не успевает. Он видит, как ему кажется медленно, ствол автомата поворачивается в направлении бегущего с девочкой на руках сотрудника и начинает стрелять...Бегущий сотрудник словно спотыкается, но продолжает бег и заносит девочку за БТР, кладет на землю и ложится рядом, откинувшись спиной к колесу БТРа.

Его напарник уже сменил магазин, но "Духа" в окне уже нет. Он поворачивается и садится возле своего друга.

"Не успел я, патроны кончились, ты цел ?"

"Диски от РПКа используй..."

Говорит "Ангел" и закрывает глаза.

"Док", который занимался девочкой, клал ее на носилки, повернулся к полулежащему товарищу

"Ты живой, все нормально? ...Так, что с ним, где входное...,сними разгрузку..."

"Док" приложил руку к шее сотрудника, подержал и , покачав головой, произнес

"Все"

Абу своим звериным чутьем ощутил приближение финальной стадии боя и вместе с тремя сподвижниками отправился в укрытие. В подвале за фанерной стеной обнаружили подземный ход. У входа лежали два фонаря. Обнявшись с остающимся соратником, решившим принять "шахаду" и подталкивая в спину заложницу, группа, освещая себе путь фонарями, быстро дошла до тупика, где лежали две лопаты и ломик. Скоро принявшись за работу, они быстро докопались до деревянной стенки. Проломив ее несколькими сильными ударами, они очутились в подвале жилого дома, заставленном бочками и банками с соленьями, кругом висят пучки трав, лежат мешки с картошкой...

Оставшийся прикрывать смертник открыл огонь по приближавшимся спецназовцам, но сразу был ранен, читая молитву , он привел в действие взрывное устройство. Подвал взорвался, обрушив и засыпав вход в подземный ход....

Настороженно вылезая из погреба группа во главе с Абу оказалась в доме, в котором несколькими часами ранее занимали позицию Саныч с напарником. Осмотревшись, оценив обстановку, Абу, потрогал лежащие на кровати шлем и бронежилет, поднял и откусил шоколадный батончик, подошел к столу...Над столом висела фотография в рамке под стеклом. Молодой мужчина и женщина, прижавшись , друг к другу, голова женщины на плече у мужчины. Абу вгляделся в фотографию, потом взял за волосы заложницу и повернул к себе. На него смотрело лицо с фотографии, только постаревшее и грязное, несчастное, лицо человека, находящегося в состоянии крайнего шока...

"Твой дом что ли?"

Удивленно произнес Абу

"Вот это да, как удачно зашли, давай чаю сделай хозяйка..."

и толкнул женщину так, что она не удержалась на ногах и упала. Абу потерял было к ней интерес, но опустив взгляд на стол, на котором лежал раскрытый Санычем альбом, застыл в изумлении...


Заканчивалась зачистка здания клуба ... В ряд выкладывали трупы боевиков, специалисты фотографировали их, пожарники сматывали шланги, медики оказывали помощь легкораненым заложникам и спецназовцам... На площадке перед клубом Старший собрал своих подчиненных:

Он был мрачен, как мрачны были все вокруг. Они представляли из себя грозное и печальное зрелище - многие были перевязаны, одеты не все по форме, в разорванной во многих местах одежде, с посеченными и закопченными лицами...

"Значит так - собрать все имущество и вооружение, "Док" - в госпиталь и доложить по всем раненым, потом в морг. Все всё знаете, потом поговорим. Сбор через час у того дома"

и махнул рукой в сторону дома, бывшего ранее позицией Саныча.

"Старшие доложите тогда же. Разойтись."

Спецназовцы стали расходиться по двору и только в этот момент Саныч оглядел себя...

"Слушай, а где моя броня?"

Обратился он к напарнику

"Так ты без нее и был все время."

"Ничего себе, а, я ее там оставил, в доме"

"Ладно, там встретимся, пойду, заберу, ты то ничего там не оставил?"

"Нет"

Саныч пошел в сторону дома. Войдя в калитку и подойдя к крыльцу он остановился и посмотрел в небо - высоко-высоко летело несколько облачков, а так небо было просто бездонным...

Он поднялся по ступенькам и потянув ручку двери, открыв ее вошел внутрь...

Абу подошел к лежащей на полу женщине и сунув ей перед самым лицом альбом, не своим голосом спросил

"Откуда это у тебя?"

Мария Михайловна попыталась ответить, но не смогла разлепить ссохшиеся губы. Абу схватил с пола стоявшую там бутыль с водой, из которой раньше пили Саныч с напарником и вылил ей на лицо. Женщина закашлялась и осмысленно взглянула в альбом а затем в лицо Абу.

"Это в Москве, дом, я там жила.."

"Это я там жил..."

Абу вытер лоб.

"Тебя как зовут?"

"Мария"...

"Маша значит"

Абу сел на пол рядом с Марией Михайловной и в какой то момент они стали похожи на сидящих в песочнице детей...

"Машка, это я, Мамед, помнишь меня...? Я на втором этаже жил, Мы с тобой с Мишуткой из 10 квартиры гуляли, помнишь...У них еще собака жила..."

Мария Михайловна потрясенно смотрела на Абу.

"Машка, не помнишь что ли, а я тебя сразу узнал"

-Абу не был похож на самого себя, напряжение последних дней вдруг резко оставило его, он чувствовал беспричинную радость, как будто все что происходило в его жизни было не с ним, как будто он вернулся в детство...два его соратника с подозрением смотрели на эту сцену, не зная как ее понимать. Ее прервал третий, высунувшийся из другой комнаты - "кафир" идет, явно сюда, один.

"Не стрелять, живым берем"

Абу мгновенно стал собой

"Поиграем в ножички?"

Он вынул блеснувший нож и приложил к горлу Марии

"Ни звука"

Прозвучали шаги на крыльце , и в распахнувшуюся дверь вошел Саныч, он не успел ничего увидеть, как из-за двери на него бросились два террориста. Один ловко выдернул ноги и прыгнул на спину, второй подхватил выпавший из рук автомат и прикрыл дверь. Первый ловко спеленал руки пластиковыми наручниками и придерживая нож под горлом пленного, подвел в центр комнаты и усадил на стул. Абу, все это время стоявший около Марии, сделал шаг вперед, всмотрелся в лицо захваченного и спросил севшим голосом:

"Я умер уже, или мне кино показывают?"

Саныч был так ошеломлен произошедшим с ним , что не мог поверить в реальность происходящего и просто не понял, что говорит ему этот дух. А тот взял другой стул, пододвинул к Санычу и сел напротив. Все это время он бормотал что то, но слов его Саныч разобрать не смог. Державший нож у его горла бандит в непонимании смотрел на своего главаря - таким он его не видел. Остальные заняли наблюдательные позиции у окон...

"Или я сошел с ума, или это Мишутка!"

Абу вполголоса засмеялся.

Саныч вгляделся в его лицо и ,помотав головой, словно пытаясь сбросить наваждение, выдохнул -

"Мамед?"

"Ну дела, Мишутка, ну дела. А я помню, ты вроде по бизнесу пошел тогда? Вот не ожидал встретить, вот это да. Как ты - то здесь очутился?"

"Пускай нож уберет, а то зарежет ненароком"

"Убери нож, Саид, соседа встретил..."

Саид с недоумением убрал нож и отошел к стене.

"Так как ты здесь оказался?"

"По бизнесу пошел, да не дошел, свернул не там..."

Пробормотал Саныч, постепенно приходя в себя и адаптируясь к существующей ситуации.

"Помнишь, мы в Москве встретились, ты потом пропал опять, а у меня дела не очень пошли, ну а товарищ мой, из второй роты, Пашка, ты его не помнишь, он после твоего увольнения пришел, он служить остался, офицером стал и меня позвал. Вот так и получилось..."

"А ты то как здесь, Мамед?"

Абу слегка откинулся на стуле, улыбка сползла с его лица.

"А Мамеда здесь нет и не было - я Абу. Вот уже много лет, как твои хозяева, собака, мою семью убили..."

И тут же переключился :

"Да, кстати, тут еще не все чудеса, хозяйка то наша - Маша-растеряша, помнишь ее?"

"Нет"

"Эх ты, она тебя еще в коляске по двору катала, мы с тобой гуляли..."

В памяти Саныча вспыхнула картинка - летний двор, он едет на педальном автомобильчике и сзади его подталкивает ватага мальчишек и среди них девчонка в сиреневом платьице. Звучит смех , эту картинку сменяет другая, как он сидит с игрушкам на ковре и в распахнутую дверь заглядывает Маленький Мамед и чуть повыше Маша и звонкими голосами спрашивают

"Тетя Любя , а Мишутка гулять пойдет?"

...Эти образы молнией вспыхивают в сознании Саныча, он на мгновенье прикрывает глаза.

"Вспомнил, вижу что вспомнил..."

Торжествующе проговорил Абу.

Затем его вид стал серьезным. Он наклонился к Санычу

"Что делать то будем, а?"

"Вам не уйти, здесь войск полно, меня хватятся через полчаса, скажу больше, сюда и придут"

"И что посоветуешь, Мишутка?"

"Сам понимаешь, сдаться я тебе не посоветую..."

"Молодец, ты всегда уважительным был, молодец, как же быть..."

"Что бы ты на моем месте сделал?"

"Не дай Бог оказаться на твоем месте..."

"Это да, ну давай думать, давай, я тебя два раза спас, Мишутка, теперь твоя очередь..."

"Что бы ты стал делать...?"

"Ну тут в голову сценарий один в голову приходит - смотри, заложники у тебя есть, телевизионщики тут вокруг, требуешь машину и вертолет и улетаешь, что тут еще можно придумать, я не знаю. При телевидении убивать не будут..."

"Так, хорошо, ну допустим, а как заявить то, что мне, с белым флагом выйти?"

"Нет, конечно, пошли женщину"

Саныч не успел договорить фразу, как резкая пощечина сбила его со стула -

"Почему Вы, свиньи, думаете, что вы умнее других. Ты думаешь , я не понимаю разницу? Нет, дорогой, сам пойдешь. И вернешься, и выведешь, меня - долг платежом красен...Мне надо Газель тонированную и с полным баком, двух корреспондентов с камерами, интервью дам, вместе поедем, никто пусть не гонится, если без обмана - выпущу потом всех... Понял все?"

Саныч устало кивнул, все еще лежа на полу. Саид рывком поднял его и выволок к двери, пинком открыл дверь и вытолкнул наружу. Пробежав по инерции несколько шагов , Саныч восстановил равновесие и , как был, со связанными руками пошел в сторону клуба. Первый кто ему встретился, был снайпер, несший в руках винтовку и два рюкзака на каждом плече.

"Саныч , ты откуда такой?"

Саныч повернулся к нему спиной

"Режь!"

"Что резать"

"Руки не видишь?"

"Ничего себе, кто это тебя?"

Разрезая пластиковые наручники, спросил снайпер.

"Друг детства, ..ты Шефа не видел?"

"Там, возле машин..."

"Короче, слушай, занимай позицию - в нашем доме, где мы были - духи, я сейчас даже заложником побывал, у них мой автомат и баба с ними - передали через меня требования, сейчас тут начнется.."

Встряхивая руками и растирая их, он оставил удивленного сверх всякой меры снайпера и, не обращая ни на что внимания, ускоряясь , кинулся к машинам выискивая Старшего...

После того, как он все рассказал, в кругу Старшего и стоящих рядом командиров групп на мгновение воцарилось молчание. Первым прервал молчание командир

"Саныч, ты это серьезно?"

"Абсолютно"

"И где это?"

"В том доме"

"Автомат твой где?"

"Там"

"Барсик ты , а не Барс..."

"И что они хотят?"

"Газель тонированную, еды, корреспондентов и дорогу..."

Командир с тоской посмотрел на трех гранатометчиков, разговаривающих поодаль, затем перевел взгляд на две машины с яркими надписями и антеннами на крышах и суетящихся около них операторов и корреспондентов , вздохнул, сплюнул и растер ногой...

"Сколько их?"

"Четверо и женщина"

"Она часом не их, не шахидка?"

"Нет, хозяйка дома, я... ,она меня...,в общем..., мы с ней в одном дворе росли..."

"Ладно, Саныч, чего то ты бредишь, ну в целом все понятно. Сколько времени у нас?"

"Тридцать минут и двадцать уже прошли, решение принимать надо, докладывать некогда..."

"Кто говорить будет?"

"Переговорщик погиб, Геннадьевич ранен - говорить некому"

"Разрешите мне?"

- из-за спин протиснулся рослый напарник...

Не обращая на него внимания, старший огляделся вокруг и сказал

"Степаныч - готовь машину, снайперам, всем, занять позиции, ориентир - дом, оденьте двоих под операторов, пять минут на все, мегафон мне и БТР подгоните"

В это время Абу разговаривал с Марией

"Как же ты здесь очутилась?"

"По распределению попала, замуж вышла, осталась, потом Союз рухнул - куда ехать, муж умер..."

Абу, слушая ее невнимательно и явно думая о чем- то своем, вдруг сказал

"Как такое может быть, что мы тут встретились, зачем, а?"

"Не знаю, Мамедушка, отпусти ты меня Христа ради, ведь не чужие же мы люди..."

"Отпущу, не подведет Мишутка - отпущу, зря что ль я его от собаки спасал, а теперь он сам собакой стал - Как пишут - цепной пес режима..."

Все приготовления были завершены, Командир, держа в руках мегафон стоя за БТРом напутствовал Саныча.

"Когда услышишь сигнал, просто падай, надо их вывести на площадку, ребята не подведут, готов ты?"

"Готов"

Командир взял в руки мегафон и нажав на кнопку, заговорил, подражая герою Жеглова:

"Граждане бандиты, вы окружены, сопротивление бесполезно, предлагаем переговоры..."

В наступившей тишине из дома донесся слабый крик -

"Мишка пусть подойдет"

Командир опустил мегафон и взглянул на Саныча

"Мишка?"

"Я же говорю, друг детства"

Саныч вышел из-за БТРа и подошел к калитке. Из дома раздался крик

"Заходи, гостем будешь..."

"Саныч толкнул калитку и пройдя к дому зашел на крыльцо. Дверь распахнулась и он вошел.

Один боевик дежурил у двери, двое других занимали позиции у окон а Абу и Мария сидели у стола и все выглядело так, словно они просто соседи, пьющие чай и разговаривающие о пустяках. На столе были разложены игральные карты.

"А, вот и Мишка, представляешь, Маша мне погадала - карты говорят, жить мне до ста лет ... Да Маш, да не бойся ты меня, сказал же - отпущу..."

Один из боевиков был одет в бронежилет Саныча, у другого на плече висел его автомат. Проследив за его взглядом, Абу вздохнул

"Что, взгреют тебя за утерю оружия?"

"Взгреют"

"А ничего, шустрей надо быть, как тебя взяли то на эту работу, ты всегда неуклюжий был, семь потов с меня сошло, пока я тебя на велосипеде ездить научил, Машка тогда смеялась, а сейчас ей что то не весело... Ну что, договорился?"

"Да, обо всем, корреспонденты как лампы зажгут, так можно идти. Слушай, Мамед, то есть Абу, ответь мне на вопрос один...?"

"Отвечу"

САНЫЧ

Знаешь что, Мамед... Мне хочется открыть твою голову и понять, как ты думаешь, что ты думаешь? Как ты оправдываешь себя? Что ты делаешь? Ведь мы с тобой в одном дворе выросли. Ведь ты же советский солдат в конце концов... Как случилось, что ты стал таким?

АБУ

Я бы вас всех, как собак резал...

САНЫЧ

Ну не ради денег ты это делаешь, нет их у тебя. И не веришь ты ни в какого Аллаха, я же знаю тебя...

АБУ

А ты во что веришь?

САНЫЧ

Я верю в то, что людей захватывать нельзя, это не скот, это коня или овец можно украсть. Я понимаю, ты мстил за семью, но эти люди и дети невиновны. Они не при чем.

АБУ

А кто причем?

САНЫЧ

Да они уже умерли давно.

Мамед колеблется, но молчит.

САНЫЧ

Ты не прав, Мамед. Это оправдать нельзя.

Саныч затихает, внимательно смотрит на Мамеда. Мамед после непродолжительного колебания резко вскакивает.

АБУ

(обреченно, агрессивно командует)

Все, хватит. На выход!


"Знаешь ,а ведь ты один остался, кто мою маму помнит .Расскажи мне о ней...Неровен час, пойдет что не так и убъешь ты меня -я просто про нее знать хочу..."

"Ну не один я, вот и Машка рассказать может что то ,да, помнишь тетю Любу ?"

"Помню, Мамедушка, помню...."

"Так поведай другу своему..."

"А что рассказать ,Мамедушка?"

"Да не мне рассказывай ,бестолочь ,Мишке про его мать расскажи .Я все что помню еще в армии рассказал ему."

Со стороны казалось ,как будто разговор происходит между родственниками где то на даче и обсуждаются дела семейные

"Мишенька ,я все хорошо помню ,как к вам в гости мы ходили, с Джиной, собакой вашей гуляли."

"Вот дура ,да не про собаку он тебя спрашивает .., Ладно, выберемся -поговорите."

Абу хотел уже было встать ,но тут Саныч глухо сказал.

"Еще спросить хочу , Мамед..."

"Скажи, зачем это делать, а. Ну я про захват говорю. Там ведь люди мирные, невиноватые..."

"Невиноватых не бывает, это раз и у каждого свой путь - это два. Дети ангелами станут, если не грешили, это неплохо, а взрослые - они во всем виноваты. И не тебе судить, наверху разберутся. Я убивал бы вас с утра до вечера, с перерывом на обед..."

"Знаешь, ты не зли меня, а то я ошибки делать начну, а это плохо для тебя."

"Значит так, сначала Муслим выйдет, осмотрит машину . Потом баба первая идет, потом Саид, Мишутка, я, . Муслим за руль. Около Газели я говорю этим свиньям речь на запись, потом их прихватываем и едем - всем Ясно? Все, не паникуйте, поздно паниковать..."

Сначала из дома выскользнул Муслим - не глядя по сторонам он подошел к машине, проверил колеса и сел за руль, завел и заглушил двигатель, нажал на сигнал...После этого в порядке, определенном Абу вышли остальные. Около машины их ждали два "Оператора" и женщина - корреспондент. Больше рядом никого не было, но поодаль , куда ни кинь взгляд находились вооружен

ные сотрудники, смотревшие сквозь прицельные приспособления на террористов....

Когда группа приблизилась к машине Абу, толкая перед собой Саныча, выдвинулся вперед, под свет софитов под камеры.

Женщина протянула ему микрофон, в этот момент старший команды снайперов, которые с разных позиций наблюдали за происходящим, услышав сигнал в наушнике, повернул голову и пристально посмотрел на Командира. Тот еле заметно кивнул и тронул за рукав стоявшего рядом напарника Саныча. У того во рту был свисток. Он набрал в грудь воздух...

В это время, Абу вдруг повернулся к Санычу и, превратившись на мгновение в Мамеда, широко улыбнулся и сказал так же, как в детстве

"А хорошо сегодня поиграли, Мишутка?"

И дальше одновременно произошли несколько вещей - раздалась пронзительная трель свистка, Саныч сбил с ног Марию и прогремел снайперский залп. И пока тяжелые пули вышибали мозги террористам, падающий на Марию Саныч в своем сознании увидел двор своего детства, Мамеда с футбольным мячом в руках и свистком, свиснув в который он выплюнул его, оставив висеть на шее и широко улыбнувшись, сказал рядом стоящему мальчику -

"А хорошо мы сегодня поиграли, Мишутка...?"

Летящий транспортный самолет, абсолютно все спят вповалку...

Вялая разгрузка на аэродроме, темнеет, поездка по вечерней Москве на автобусе, в автобусе тишина...

Опять разгрузка, сдача оружия, сбор возле оружейной комнаты. Командир говорит, явно еле держась на ногах...

"Сейчас по домам, завтра отдыхаем, послезавтра наши сутки, прибытие к девяти, там все и решим. Отдыхать, не болтать, разойтись.."

Несколько человек с мокрыми от душа волосами стоят на автостоянке у здания. несколько машин уехало, несколько стоят с заведенными моторами и три разных машины стоят с темными стеклами и фарами - они не дождутся своих хозяев...Чем то друг на друга похожие парни стоят и смотрят на эти машины...

Саныч выходит из лифта и заходит в квартиру. На кухне на столе горит свет, в ночной рубашке сидит у ноутбука жена. Заслышав шаги, она вскакивает и бросается навстречу. Они обнимаются и молча стоят...

"Как тут у вас, все нормально?"

"Да, все хорошо, дети спят"

"Тузик где?"

"А вот он"

Из темноты, не спеша, с достоинством выходит тот же пес, подходит к хозяину и требовательно смотрит в глаза

"Иди, иди, не до тебя"

Говорит жена

"Я пожалуй схожу с ним, мне надо пройтись...Устал я немного, переволновался.."

"Сходи, Слава Богу, что ты вернулся"

Они выходят из подъезда и идут к выходу со двора. И надо же такому случиться -практически на том же месте, встречают ту же парочку -мужчина с болонкой, только на этот раз Саныч выходит, а они возвращаются....

"Ты явно по- нормальному не понимаешь...Ты скотина или человек, застрелить твою собаку что ли..."

Саныч , не имея не сил ни желания вступать в конфликт пытается произнести свои набившие ему оскомину слова о том, что...

"Да он не кусается, я же говорил уже"...

Но тут солидный господин, видя свою правоту, допускает ошибку

"Ты что, хочешь по морде получить?"

Саныч , почти уже разминувшийся с ним резко останавливается

"Нет, а Вы?"

"Господин слегка теряется и переспрашивает

"Что - я?"

"Вы хотите?"

Поняв, что что-то пошло не по обычному сценарию самоутверждения господин теряется и отшагивает назад. Саныч обходит его и слышит вслед себе слова

"Ты знаешь, ты не знаешь, где я работаю, я тебя..."

Саныч с интересом поворачивается

"Уже страшно, и где же Вы работаете?"

"В префектуре!"

Мужчина выпаливает это в полной уверенности в том, что этими словами он добивается абсолютной моральной победы над оппонентом

Отворачиваясь, Саныч говорит скорее себе

"Только воду не отключай..."

Но чиновник его услышал и растерянно говорит в удаляющуюся спину

"Я за воду не отвечаю...."

Саныч и пес бредут по мокрому асфальту и в лужах отражаются редкие фонари...

В титрах текст "Этот фильм посвящен памяти всех сотрудников специальных подразделений, погибших при исполнении воинского долга. Вечная им память!"