ArtOfWar. Творчество ветеранов последних войн. Сайт имени Владимира Григорьева
Каменев Анатолий Иванович
В кадрах-то согрешили

[Регистрация] [Найти] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Построения] [Окопка.ru]
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Моя казахская эпопея, часть вторая.


Моя казахская эпопея, часть вторая

  

А.И. Каменев

В КАДРАХ-ТО СОГРЕШИЛИ!..

  
   Продолжение. Начало См.:
  
   Моя казахская эпопея   35k   "Фрагмент" Мемуары
   Часть первая
   Капитан сверхсрочной службы   45k   "Фрагмент" Мемуары
   Наука требует жертв
   Время решать   43k   "Фрагмент" Мемуары
   Мои университеты, часть седьмая.
   Без руля и без ветрил?   34k   "Фрагмент" Мемуары
   Мои университеты, часть шестая
   Легко в учении - тяжело в бою   19k   "Фрагмент" Мемуары
   Мои университеты, часть пятая.
   Академия - не богодельня, а чистилище   23k   "Фрагмент" Мемуары
   Мои университеты, часть четвертая.
   Для чего люди учатся?   31k   "Фрагмент" Мемуары
   Мои университеты, часть третья
   Чему нас учили   26k   "Фрагмент" Мемуары
      Мои университеты, часть вторая
   Мои университеты. Ч.1   30k   "Фрагмент" Мемуары
         Знание - сила, образованность - благо.
   Полосатый рейс   25k   "Статья" История
          О государственной потребе и местничестве
   Луч света   26k   "Фрагмент" Мемуары
          Поболее бы таких лучиков в царстве равнодушия и своеволия
   Свобода - это дар...   38k   "Фрагмент" Мемуары
          Истина делает человека свободным, а умение использовать этот дар - счастливым
   Курс на Красноярск   25k   "Фрагмент" Мемуары
          О чистой совести и чувстве исполненного долга
   Самое бесправное сословие   19k   "Фрагмент" Мемуары
          Проблема вторая - молодые офицеры
   Проблемы полка   15k   "Фрагмент" Мемуары
          Худо, когда боевая часть превращается в военно-подметальное учреждение
   У алтаря права дружбы кончаются   22k   "Фрагмент" Мемуары
          Дружба - это наука и искусство
   Пить или не пить?   23k   "Фрагмент" Мемуары
          Пора трезветь, господа!
   Неудачником не рождаются   23k   "Фрагмент" Мемуары
          Неудачи и просчеты: наше отношение к ним.
   Двухгодюшники   16k   "Фрагмент" Мемуары
          Лучше меньше, да лучше.
   Эффект метро   17k   "Фрагмент" Мемуары
          Интересные наблюдения и необычное умозаключение
   Плох тот, кто...   13k   "Фрагмент" Мемуары
   Не звание возвышает офицера над подчиненными, а умение быть искусным воином.
   ЧП в артполку   21k   "Фрагмент" Мемуары
             О педантизме, мелочности и палке капрала
   Три недели, которые...   35k   "Фрагмент" Мемуары
             А Ларчик просто открывался.
    Из леса вистимо   30k   "Фрагмент" Мемуары
             Голь на выдумки хитра
    Кочкоград   22k   "Фрагмент" Мемуары
             Мой гарнизон - моя крепость?
    В отдельном автомобильном   45k   "Фрагмент" Мемуары
             Риск - благородное дело
    В чем наша беда?   23k     "Фрагмент" Мемуары
             Практические заметки из служебного опыта
    Из технарей в политработники   12k     "Фрагмент" Мемуары
             О неожиданном повороте судьбы и мыслях по этому поводу
    ТАТУ   34k     "Фрагмент" Мемуары
             Начало пути вечного узника
  
   Когда-то, говорили, что "кадры (люди) решают все".
   Потом за людей стали решать особые органы - кадровые. И тогда стали говорить: "В кадрах решают все".
   По мере узурпации власти стало видно, что "выше кадров - только солнце" и тогда родилось императивное требование: "Кадры решили - и ВСЕ!"
   *
   Много дров наломали кадровики и мало было им предела.
   Но так ли уж в прошлом это всесилие кадровиков, которые радеют за собственные интересы и не хотят как следует помогать выдвижению лучших офицеров на ключевые посты?
   Нет, думаю, не в прошлом такая практика.
   *
   Посмотрим, однако, как это отражалось в военно-учебном строительстве в мою бытность в АВОКУ.
  

Алма-Атинское ВОКУ

  
   Общевойсковое училище, в котором мне предстояло продолжить службу, находилось на окраине Алма-Ата, в районе так называемого 60-го разъезда.
   Сформировано это военно-учебное заведение было в 1971 г. из курсантских рот нескольких общевойсковых училищ.
   Новое учебное учреждение было "посажено" на место мотострелкового полка, в котором здания "сборно-щелевого" типа занимали преобладающее место.
   Кафедры теснились в неприспособленных помещениях, по сути дела, в бараках.
   Лишь курсантские казармы имели приличный вид.
   Учебно-материальная база училища была слабой...
   Это было малое по числу курсантов военно-учебное заведение со всеми атрибутами небольшой организации, где постоянно не хватает ни сил, ни средств, ни нужных кадров...
   Особенно слабой была редакционно-издательская база, которая все время тормозила изготовление необходимой учебно-методической литературы.
   В то же время, так называемая типография, умудрялась печатать на сторону разного рода продукцию...
   *
   В мою бытность Алма-Атинским ВОКУ командовал генерал-майор А.И. Некрасов, пришедший с должности командира дивизией и привнесший в училище дух армейской незамысловатости и грубости.
   По сути дела это был неплохой человек, в меру грубый, но всегда отходчивый и незлопамятный.
   Ему бы остаться в войсках или тихонько прозябать в штабах, но кадровики уготовили ему иную участь - быть начальником военно-учебного заведения.
   Впрочем, это была не случайность, а заведенный порядок в советской военной организации.
   *

"Должности не соответствует, но преподавателем быть достоин"...

   Советская военно-кадровая система относительно военно-учебных заведений была проста: офицеры, утратившие перспективу или же чем-то провинившиеся в войсках, направлялись в военно-учебные заведения: командиры батальонного и полкового звена - на военные кафедры (тактики, огневой подготовки), военно-инженерные кадры - на соответствующие кафедры военных училищ, а командиры дивизий и армейские начальники становились начальниками военных училищ, командовали факультетами в военных академиях, занимали посты начальников военно-академических кафедр.
   "Красная звезда", орган Минобороны СССР, как-то посмела опубликовать статью под названием: "Должности не соответствует ... преподавателем быть может".
   Но этот сигнал прессы был проигнорирован.
   *
   Данная практика приводила к тому, что в составе преподавателей было много случайных лиц, которые не знали толком своей учебной дисциплины и не умели вести обучение и воспитание курсантов и слушателей.
   А неудовлетворение тем, что данный офицер утратил служебную войсковую перспективу и направлен в военно-учебное заведение для завершения службы, конечно, не способствовало развитию их усердия и творчества, так необходимого для военно-педагогической работы.
   *
   Часть офицеров становилась преподавателями военных училища, не покидая стен родного училища, но пройдя в военно-учебном заведении путь от курсанта, взводного и ротного командира курсантского подразделения до должности преподавателя одной из военных кафедр.
   Среди этой группы лиц были хорошие методисты, которые из года в год оттачивали свое умение, проводя однотипные и мало меняющиеся в содержательном плане занятия.
   *
   В целом же, можно отметить, что педагогический состав военно-учебных заведений был весьма неоднородный.
   Если среди военных преподавателей встречались неординарные, яркие и творческие личности (такие, безусловно, были и в АВОКУ), то эту заслугу надо отнести на личный счет данной личности, но не ставить в заслугу кадровой системе или же деятельности кафедрального коллектива.
   *
   Но самое прискорбное заключалось в том, что начальниками военно-учебных заведения становились люди армейского склада, привыкшие больше следить за чистотой вверенной территории, нежели заниматься боевой подготовкой.
   Они с упоением занимались строительством, строевой подготовкой, "дрючили" подчиненных за пустяки и незначительные промахи и всегда упускали из виду заботу о профессиональной подготовке курсантов.
   *
   За все время моей педагогической практики мне не пришлось встретиться с примером целенаправленной подготовки офицера к занятию должности начальника военно-учебного заведения.
   Все это время начальниками училищ становились бывшие командиры дивизий, а руководить академиями приходили люди, о которых генерал М.И. Драгомиров говорил с горечью и грустью: "Был конь, да уездился"...
   *

А ведь надо было поступать по-другому...

  
   Нет сомнений в том, что от качеств человека, возглавляющего то или иное дело зависит многое.
   Не исключение составляет и военно-педагогический процесс.
   Здесь одной служебной опытности мало.
   Нужно нечто большее...
   На посту руководителя военно-учебного заведения должен быть особо выдающийся человек.
   Особая роль руководящего состава военно-учебных заведений в подготовке офицерских кадров обусловливается следующими факторами:
  
  -- Во-первых, той ответственностью перед страной и армией, которую несут военно-учебные заведения по подготовке офицерских кадров.
  -- Во-вторых, теми ограничениями в свободе, проявлении инициативы и самостоятельности обучаемых, которые накладывают на них требования устава, распорядка дня, правила армейского общежития, интересы служебной деятельности и т.п.
  -- В-третьих, той ролью, которое военно-учебное заведение играет в формировании у курсантов воинского духа, правильного представления об армии, воинском долге и офицерской чести, корпоративного духа и чувства товарищества.
  
   Помимо этого, надо учитывать ряд объективных условий, вызывающих необходимость руководства воспитанием и обучением юношества:
  
  -- Молодость неопытна и без помощи старших способна наделать много глупостей.
  -- Молодые люди в своем развитии нуждаются в мудром направлении их по пути добродетели, знания, умения и опыта. Это могут сделать только умудренные опытом люди.
  -- Преемственность поколений требует активного общения, в ходе которого младшие учатся уважать и ценить опыт старших, а старшие - с должным вниманием относиться к достоинству молодежи, ее потребностям и запросам.
  -- Иерархия, предполагающая подчинение нижестоящего вышестоящему, не только воспитывает повиновение, но и формирует обоюдное чувство ответственности взаимодействующих сторон.
  -- Пример старшего обладает исключительной силой влияния.
  -- Однако самое сильное, повседневно действующее влияние оказывает стиль, характер жизни, дух, который культивируется (сознательно или стихийно), благодаря действиям (или, наоборот, бездействию) старших начальников.
  
   И еще один немаловажный факт.
   Руководитель - это образец, который копируют почти все подчиненные.
   Он - либо источник вдохновения и творчества, либо - губитель инициативы, самостоятельности и активности людей.
   ***
   Все вышеизложенное свидетельствует в пользу того, что руководить военно-учебными заведениями должны педагогически одаренные люди.
   Выдающиеся люди, но без педагогического таланта не могут быть признаны людьми, достойными этой миссии.
   Бездарность вообще не может быть допущена в военно-учебные заведения.
   Генерал Н.Морозов метко подметил общую черту бездарности: это - "рабская погоня за внешностью, посредством которой она скрывает убожество своего внутреннего мира". Любое благое дело бездарность способна исказить до неузнаваемости.
   Но особенно вредна бездарность "кое-что знающая и выучившая", так как по своему самомнению, и по упорству в своих заблуждениях способна нанести колоссальный вред общему делу. Бездарность, провозглашая, что в военном деле нет мелочей, пользуется этой фразой, чтобы в действительности заниматься одними мелочами, чтобы всякое живое дело свести к известной внешности и форме.
  

Давно (ох как давно!) твердили миру...

  
   Вопрос о том, каким требованиям должен отвечать начальник военно-учебного заведения, был поставлен еще в пору становления нашей военно-учебной системы.
   Граф П.Шувалов, под благотворным влиянием М.Ломоносова представил государыне Елизавете Петровне в 1758 г. доклад об объединении Артиллерийской и Инженерной школ, в котором, в частности, выдвигается требование, "чтобы в директора в корпус определен был такой человек, которого бы знание военного дела и охота, сопряженные с достоинствами его особы, служили примером всем подчиненным к исполнению должностей их".
   Уставом 1766 г., который разработал И.Бецкой, на генерал-директора кадетского корпуса возлагалась обязанность "цензора или наблюдателя нравов во всем Корпусе".
   Далее Устав конкретизировал требования к директору таким образом:
  
   "Это должен быть "человек, в воинских трудах состарившийся и искусный как в этих делах, так и в правилах, к гражданскому житию принадлежащих, радетельный, трудолюбивый, кроткий, ласковы и обходительный, но в важных воинских упражнениях вид строгости имеющий; для того же, чтобы он мог исполнять свою многотрудную должность охотно, с любовью и ревностью, ему ни к каким сторонним делам отлучаемо быть не надлежит, дабы чрез то не истребилось недреманное проворство и строгость порядка, которая безотлучно его, днем и ночью, в Корпусе пребывания требует".
   *
   Поражает глубина мысли некоторых руководителей военного образования России, когда они пеклись о том, чтобы поставить во главе военно-учебных людей во всех отношениях достойных.
   В данном случае речь идет о генерал-адюътанте Я. Ростовцеве, который длительное время был ближайшим помощником Главного начальника военно-учебных заведений Великого Князя Михаила Павловича.
   Об одном из директоров кадетского корпуса он писал:
  
   "Меня пугает в N вспыльчивость, нерешительность и непомерный страх ответственности; кроме того, какая-то странная боязнь в присутствии государя и Вашем, которую я боюсь, чтобы он невольно не передал и детям".
  
   Особенно поразительна вторая часть этого послания, где говорится о том, что данный директор проявляет боязнь в присутствии Государя и Великого Князя.
   По меркам обычного человека - это естественная реакция подданного, по мнению Я. Ростовцева - серьезный недостаток.
   Понимая то, что чувство собственного достоинства является важнейшим достоянием человека и что его следует соблюдать даже в присутствии царственных особ, Ростовцев понимает, как важно хранить это чувство в благородном юношестве.
   *
   Начальник военно-учебного заведения не должен быть пугалом для всех.
   Он должен быть личностью привлекательной.
   О значении обаяния личности старшего начальника проникновенно писал П. Махров:
  
   "Обаяние личности высшего начальника создается репутацией его предыдущей командной службы, которую он заслужил, благодаря своей способности проявлять физическое напряжение, в пример другим, требуя от них того же; далее этому обаянию начальника способствует: доверие, внушаемое знанием дела; уважение, вызываемое справедливостью; постоянная готовность отвечать за все и подчинять себя и других строгим требованиям дисциплины; умение быть корректным; умение с гордостью командовать без чванства; сердечная и справедливая благосклонность без заискивающей фамильярности и самоуничижения; неослабная и осмысленная твердость убеждений; наконец, искренность и прямота. Это обаяние, создаваемое столькими качествами, приобретается неустанной работой, постоянным напряжением воли. Наконец, оно укрепляется нравственными достоинствами среды, а также примером и поддержкой со стороны старших офицеров. На эту же поддержку можно рассчитывать только при умении обращаться с подчиненными".
  
   Написаны сии строки были в 1912 году. Опубликованы в журнале "Разведчик".
   Но, похоже, история и мысли умных людей не всем в пример.
   Жаль!
   ***

Кого нам должно чтить?

  
   Сколько раз мне пришлось убеждаться в том, что новое - это хорошо забытое старое.
   Все это из-за того, что мы не любим отечественной истории, не знаем ее, не чтим ее героев и выдающихся людей.
   *
   Применительно к военно-учебном у делу это замечание многократно справедливо.
   История подготовки офицерских кадров в России - это мало кому известная материя.
   А ведь нам надо досконально знать, как создавалась и развивалась эта система, какие трудности и препоны преодолевала, чем себя обогатила и кто заслуживает нашего внимания, почтения и подражания.
   *
   Восполним, хотя и частично, не полно, этот пробел в нашем историческом сознании.
   *
   Много выдающихся людей отдали свои силы и способности делу подготовки офицерских кадров в России.
   Но мы, в данном случае, обратим внимание лишь на звено руководящего состава военно-учебных заведений.
   *
   К числу таких людей, безусловно, относится назначенный 8-го июня 1805 г. директором Императорского Военно-Сиротского Дома подполковник Ф. Геен, который управлял им до своей смерти, в сентябре 1814 г.
   Этот девятилетний период времени, без всякого сомнения, следует считать самым важным в жизни заведения.
   Приняв его в состоянии полного разложения и захудалости, энергичный и деятельный начальник сумел поставить его на ноги, преобразовал, как говорится, сверху до низу, и оставил своему преемнику в блестящем виде, ни в чем не уступающим существовавшим тогда кадетским корпусам.
   Он постоянно заботился об учителях: представлял их к почетным наградам, повышал в окладах; сверх своего главного предмета давал возможность иметь уроки по другим предметам. Но, вместе с тем, строго следил и за исправным посещение ими лекций.
   *
   Полковник лейб-гвардии Измайловского полка Павел Петрович Годеин, первый директор Школы гвардейских подпрапорщиков, также относится к числу достойных людей.
   Его приказы по школе, в которых он при разборе совершенных подпрапорщиками проступков разъяснял им основные требования благовоспитанности, воинской дисциплины и службы, свидетельствуют о его верном взгляде на дело воспитания и об умении избирать целесообразные приемы.
   *
   Иван Логинович Голенищев-Кутузов, будучи капитаном 2 ранга, в обход представления морской Коллегии, предложившей список адмиралов на вакантную должность Морского кадетского корпуса, решением Императрицы был назначен командовать этим корпусом.
   Ф.Веселаго, историк военно-морского образования в России, отмечает:
   "Лишнее будет говорить, что образование, ум и деятельность Кутузова соответствовали этим милостям".
   Действительно, Иван Логинович получил превосходное воспитание, знал совершенно языки французский и немецкий и страстно любил русскую литературу. В гостиной Кутузова можно было встретить почти все наши русские и иностранные знаменитости: ученых, литераторов и художников. Свою выдающуюся ученость он сумел поставить на службу военному образованию.
   *
   Директором Морского училища был назначен Александр Львович Нарышкин, человек молодой (28 лет), пылкий, отлично образованный и любимец Петра Великого.
   Во время путешествий по Германии, Франции и Италии, Нарышкин особенно занимался морскими науками.
   Возвратясь, после долговременного отсутствия, в Россию, он был определен в Адмиралтейство, но все свое свободное время находился при Государе, который иначе не называл его, как "Львовичем". Нарышкин горячо принялся за вверенное ему управление Морскими училищами и много сделал полезного для юной Академии. При Нарышкине ученики ходили в поход на эскадре, а для изучения корабельной архитектуры, он, также на основании регламента, заставил сделать модель корабля, и поставил ее в Академию.
   *
   В 1719 году начальствование Морской академией принял полковник Григорий Григорьевич Скорняков-Писарев.
   Новый начальник, получивший воспитание за границею, особенно хорошо знал математику; за четыре года перед своим назначением в директоры, он преподавал в Морской Академии артиллерию, и впоследствии напечатал книгу по части механики. При учреждении школ по губерниям, при архиерейским домам, он заведовал такими школами в Пскове, Новгороде и Ярославле.
   *
   Главным директором Сухопутного Кадетского Корпуса назначен был 19-го февраля 1750 года действительный тайный советник князь Б.Г. Юсупов.
   Выбор этот был весьма удачен. Князь Юсупов, в продолжении девятилетнего управления корпусом, посвящал все свое внимание и время на образование вверенного ему юношества.
   Входя во все подробности корпусного управления, он старался как можно ближе ознакомиться с лицами, имевшими непосредственное влияние на кадет.
   Последствия оказались самые благодетельные.
   Многие негодные чиновники были удалены, содержание кадет улучшено; в преподавании наук введен больший порядок. Сверх того князь приказал вести при ротах списки штрафованных воспитанников, знакомился с отличнейшими по наукам и поведению, словом, - не было предмета, на который он не обратил бы внимания.
   *

Особая признательность наша...

  
   Особое слово следует сказать о двух выдающихся личностях: генерале Зориче и подполковнике Н.Н. Муравьеве.
   *
   В 1778 году генерал-лейтенант Семен Гаврилович Зорич на свои средства основал в Шклове (населенный пункт в Белоруссии) учебное заведение для детей бедных дворян, под названием Шкловского благородного училища (затем 1-й Московский Кадетский Корпус).
   Для помещения учеников (до 500 человек) Зорич построил в Шклове прекрасное здание и снабдил его всеми необходимыми пособиями для изящного образования молодых людей.
   Он выписал надзирателей и учителей на выгодных для них условиях, собрал замечательную библиотеку, музей, картинную галерею, оркестр музыки из собственных крепостных людей и завел даже театр с балетом.
   Перед домом Зорич приказал устроить карусель, т.е. большой открытый манеж, в котором воспитанники учились ездить верхом, а кирасирский взвод забавлялся рыцарскими играми.
   Училище делилось на два взвода - кирасирский и гусарский, и на две пешие роты - гренадерскую и егерскую.
   Генерал Зорич не ограничивался одним только образованием своих питомцев, но распространял на них свое благотворение и за пределами училища: по выпуске юношей из заведения заботился он об определении их в военную или гражданскую службу, ходатайствуя за них перед Императрицею, а при отправлении к местам назначения, наделял всем нужным.
   *
   В "Журнале для чтения воспитанников военно-учебных заведений" содержатся интересные сведения о том, как Зорич был произведен в генералы.
   В войне с турками он был взят в плен и назвал себя капитан-пашою; под угрозой смерти турки предлагали ему вступить в их службу, но Зорич отвергнул с негодованием это предложение, а когда султан написал письмо Екатерине о размене пленных, то не преминул поздравить Екатерину II с тем, что она имеет таких верноподданных, как русский храбрый генерал Зорич.
   Невольно явился у Императрицы вопрос, что это за неизвестный ей генерал Зорич. Были произведены справки, и из рассмотрения списков оказалось, что Зорич был не генерал, а майор. По совершении размена пленных, Зорич представлялся Императрице, которая предложила ему вопрос о причине, заставившей его назваться русским капитан-пашою, т.е. генералом.
   "Виноват, Ваше Величество! - отвечал Зорич. - Для спасения своей жизни и чтобы иметь счастие служить Вашему Величеству и отечеству я назвал себя генералом".
   "Будьте же вы генералом, - милостиво произнесла Екатерина. - Турецкий султан хвалит вас, и Я не сниму с вас чина, который вы себе дали и заслужили".
   *
   Несправедливо было бы умолчать об учредителе московского учебного Заведения для колонновожатых, доставившем Армии нашей многих отличных офицеров Генерального Штаба.
   История его такова.
   Еще в 1810 году студенты Императорского Московского Университета составили между собою Общество любителей математических наук, с целью - распространить их между соотечествен-никами посредством сочинений, переводов и преподавания.
   Президентом общества избран был отставной подполковник Николай Николаевич Муравьев.
   На первых заседаниях своих обще-ство положило заняться преимущественно перево-дами на Русский язык сочинений знаменитейших геометров: Лапласа, Лагранжа, Эйлера и других; но после долгих прений, председатель предложил: вместо переводов и печатания книг, употребить лучше деятельность свою на то, что-бы образовать людей, которые могли бы пони-мать подобного рода авторов.
   Для достижения этой цели Н.Н. Муравьев признавал, полезным открыть публичные лекции математических и военных наук, с тем, чтобы они были доступны безвозмездно для всех желающих.
   Предложение было принято.
   Чтение лекций чистой и прикладной математики приняли на себя: М.Н. Муравьев, Щепкин, Чумаков и другие, бывшие впоследствии профессорами Университета, а курс военных наук читал сам председатель общества, который, сверх того, принял на себя обучение практической съемки в течении лета.
   Между тем старшие сыновья Н.Н. Муравье-ва: Александр и Николай (ставший впоследствии Наместником Кавказским и главнокомандующим отдельным Кавказским корпусом), определенные на службу в Свиту Его Императорского Величества по квартирмейстерской части, основательными сведениями своими обратили на себя внимание бывшего в то время Начальником Главного Штаба Его Императорского Величества князя Петра Ми-хайловича Волконского.
   Зная с одной стороны, что Н.Н. Муравьев сам образовал старших сыновей, а с другой, что он всю свою дея-тельность посвятил на безвозмездное образование и других молодых людей в математических и военных науках, князь изъявил желание познакомится с Н.Н. Муравьевым.
   Узнав его ближе и оценив по достоинству, князь П.М. Волконский уже постоянно возбуждал и одобрял его полезную деятельность, покровительствовал обществу и даже принял на себя звание почетного члена оного.
   Перед наступлением кампании 1812 года, когда армия наша нуждалась в офицерах Генерального Штаба, князь Волконский потребовал от Н.Н. Муравьева сведений о его учениках, из которых многие были приняты, в то время, без экзамена, прямо прапорщиками армии, а вслед затем переведены в Свиту Его Императорского Величества по квартирмейстерской части.
   Отечественная война прекратила на время учеб-ную деятельность Н.Н. Муравьева.
   Он поступил в ополчение, с чином полковника, и был назначен начальником штаба в корпусе графа Толстого.
   По заключены мира с Французами, Н.Н. Муравьев вышел и отставку и, в 1815 году, снова открыл лекции математических и военных наук у себя в доме в Москве.
   Узнав о том, князь П. М. Волконский исходатайствовал Высочайшее соизволение: учеников Н.Н. Муравьева, по его аттестации, зачислять на служ-бу колонновожатыми и, по его же представлению, производить в офицеры по квартирмейстерской части.
   Вскоре после того Н.Н. Муравьев, во внимание к неусыпной деятельности, бескорыстным трудам и пользе, приносимой отечеству, вновь принят был на службу с чином генерал-майора по квартирмейстерской части, что и послужило основанием училищу Колонновожатых, и Н.Н. Муравьев сделался как бы уже директором сего Заведения.
   Таким образом, Московское учебное Заведение для Колонновожатых существовало до 1823 года, когда Н.Н. Муравьев, по расстройству здоровья и дел своих, вынужденным нашелся оставить службу.
   В начале 1823 года училище переведено было в Петербург и директором оного назначен генерал-майор (впоследствии генерал от инфантерии) А.И. Хатов.
   Из Московского учебного Заведения для Колонновожатых выпущено было офицерами всего 138 человек, из коих 127 собственно в сви-ту Его Императорского Величества по квартирмейстерской части. В Петербурге из училища Колонновожатых было два выпуска: в 1824 и 1825 годах, а в 1826 году колонновожатых, выдержавших экзамен для производства в офицеры, выпустили в полки молодой гвардии; находившимся же в низшем классе предоставлено было право перей-ти юнкерами в гвардейские и армейские полки. Затем училище было закрыто.
   ***
   Разве примеры, которые только что были раскрыты, не заслуживают того, чтобы их увековечить в памяти народной?
   Но много ли вы найдете музеев и книг, говорящих о них?
   Скажу совершенно точно - таких специальных музеев нет вообще.
   А до революции такой Музей существовал.
   *

О Педагогическом Музее - арсенале, но не хранилище...

  
   Педагогический Музей военно-учебных заведений был учрежден 9 февраля 1864 г. главным начальником военно-учебных заведений генерал-адмиралом Н.В.Исаковым.
   Музей начал свою деятельность с собирания коллекций образцов учебных и воспитательных пособий. В виду того, что в России почти вовсе не существовало производства этого рода пособий, музей должен был искать их за границей.
   Первые свои коллекции он и приобрел, главным образом, в Германии и Англии и, отчасти, во Франции и Италии.
   Музеем управляла особая "постоянная комиссия Педагогического музея".
   В 1871 г. музей вошел в состав общего "Музея прикладных знаний" в Санкт-Петербурге и с этого времени, независимо от удовлетворения потребностям военно-учебных заведений, должен был принять на себя и новую деятельность по распространению в массе населения полезных сведений наглядным путем.
   В 1875 г. Педагогический музей демонстрировал в Париже, на международном географическом конгрессе, свои работы, причем последний, ознакомившись с ними во всех подробностях, единогласно вотировал: "чтобы во всех цивилизованных государствах был устроен Педагогический музей по образцу русского Педагогического музея военно-учебных заведений".
   С 1884 г. при Педагогическом музее образовались так называемые "собрания преподавателей", по предметам обучения и общепедагогическая секция, в состав которой вошли законоучители, воспитатели, преподаватели и врачи.
   В 1900 и 1903 гг. при музее были учреждены Педагогические курсы для подготовки к воспитательной и учительской должностям в военно-учебных заведениях.
   Деятельность Педагогического музея также проявляется в организации курсов и съездов, относящихся к вопросам воспитания. Таковы бывшие в стенах Педагогического музея: 1-й и 2-й всероссийские съезды по педагогической психологии (1906 и 1909), 1-й всероссийский съезд экспериментальной педагогики (1901г.), 1-й всероссийский съезд преподавателей математики (1911 г.) и др.
   В 1905-07 гг. при музее были открыты курсы, положившие начало академии лиги образования.
   Библиотека Педагогического музея содержала около 30 тыс. книг, преимущественно по педагогике, психологии, физиологии, гигиене и т.п. Большой отдел библиотеки составляют учебники, книги для детского чтения и книги для народа. В 1912 г. в состав библиотеки музея вошла весьма ценная и обширная библиотека А.П.Михневича, пожертвованная музею братом его генералом от инфантерии Н.П.Михневичем.
   Сотрудники Музея активно собирали и бережно хранили сведения о всех выдающихся личностях в системе военно-учебных заведений.
   *
   Мне доподлинно известно, что все военно-учебные заведения СССР и нынешней России не имеют постоянных и надежных каналов коммуникации.
   Почти везде изобретают свои "велосипеды", игнорируя или не зная об опыте других.
   Законодатели педагогической моды, как правило, в Москве, а истинные прорывы педагогической мысли не всегда принадлежат московским "светилам".
   На местах, подчас, кипит творчество и разумное начало входит в дело подготовки будущих офицеров.
   *
   Жаль, что талантливый человек, как правило, не тщеславен.
   Он не кричит на каждом углу о своих находках, открытиях и достижениях.
   Зато бездарность во всю орет о каждом своем педагогическом чудачестве, представляя замысловатые педагогические фокусы в виде достижения или открытия.
   Но об этом поговорим позже.
   Сейчас же, возвращаясь к тем, заметим: надо по крупицам собирать бесценный и полезный педагогический опыт, своевременно открывать педагогические таланты и делать это надо спешно, сноровисто, умно...
   ***

Каким должно быть начальнику военно-учебного заведения?

  
   Вернемся, однако, к Личности начальника военно-учебного заведения и попытаемся сформулировать некоторые общие положения, его касающиеся.
   Итак, как показывают исторические факты, собственное разумение и здравый смысл, руководитель военно-учебного заведения, должен обладать такими качествами, как:
  
  
  
  -- Преданность делу подготовки офицерских кадров.
  -- Патриотизм.
  -- Высочайшая образованность, военная культура и кругозор.
  -- Твердость характера.
  -- Боевая и служебная опытность.
  -- Порядочность, честность, искренность.
  -- Педагогический и организаторский талант.
  -- Инициативность, стремление и заинтересованность развивать дело подготовки офицерских кадров.
  -- Заботливое и внимательное отношение к людям, их нуждам и запросам; умение отстаивать их интересы в вышестоящих инстанциях.
  
   П. Изместьев, в своем труде, выделяет три главных элементах командования: ум, характер и преданность делу. При этом, он отмечает:
  
   "Умственное развитие это элемент, который имеется у всех, чтобы поднять принципы командования; сильный характер - встречается реже; преданность долгу и делу - отсутствует чаще всего".
   Нам, судя по личным наблюдениям, приходится согласиться с такой оценкой.
   Но это вовсе не означает того, что следует согласиться с нехваткой преданности: нужно искать людей преданных - они есть!

Чем должен заниматься начальник военного вуза?

  
   Нам представляется далее необходимым рассмотреть основные функции руководителя военно-учебного заведения. Имеющиеся деления на административную, хозяйственно-распорядительную, воспитательную и прочие функции имеет право на существование, но вряд ли отражает существо истинного руководства военно-учебным заведением
  

Основные функции руководителя вуза

  
  -- Духовная.
  -- Коммуникативная.
  -- Мотивационная.
  -- Общественно-политическая.
  -- Охранительная.
  -- Контрольно-оценочная.
  -- Учебно-воспитательная.
  -- Научно-исследовательская.
  

Духовная функция руководителя военно-учебного заведения.

   Есть, по меньшей мере, три составляющих этой функции: во-первых, культивирование руководителем в вузе настоящего воинского духа; во-вторых, обеспечение здоровой духовной атмосферы; в-третьих, личное духовное наставничество.
   Естественно, самой важной составляющей здесь является культивирование воинского духа. При реализации этой задачи следует избежать характерной ошибки - подмены содержания: замену культивирования воинского духа культивированием армейских порядков, попытки превратить военно-учебное заведение в образцовую воинскую часть.
   Мы давно и часто повторяем слова Наполеона о том, что успех на войне на * зависит от духовной стороны дела. К сожалению, этим повторением мы, в громадном большинстве случаев, и ограничиваемся, совершенно забывая, что в таком живом деле, как военно-учебное, это должно иметь свое конкретное проявление и подтверждение.
   По мысли Д.Трескина, "сущность воинского духа состоит в том, чтобы он (солдат, офицер - А.К.) привык к той мысли, что он есть воин и прямое назначение его, это - война... и чем чаще солдат будет об этом вспоминать, тем больше будет он проникнут воинским духом, т.е. быть военным в истинном смысле этого слова, и не только по наружному виду. Для достижения этого, нужно поставить солдата в такие условия, ввести в такую обстановку, чтобы все окружающие его и каждую минуту напоминало о его настоящей роли и значении".
   Воинский дух дает армии и жизненную энергию и дееспособность. Воинский дух состоит из слияний интеллектуальных и моральных стремлений, проявляясь в самостоятельных действиях, в инициативе.
   Развиваться воинский дух может только тогда, когда начальники не требуют автоматического исполнения, и наоборот, он гибнет, когда торжествует рутина, убивается энергия, принижается гордость. Как чаша весов опускается под тяжестью груза, так и дух наш поддается воздействию очевидности. (Цицерон). Какова очевидность - таков и дух.
   Говоря о второй стороне духовной функции руководителя вуза - о создании здоровой духовной атмосферы, отметим, прежде всего, важность единодушия среди людей, обратив внимание на замечательные слова И.Златоуста:
  
   "Ничто не может сравниться с единомыслием и согласием; при этом и один бывает равен многим. Если, например, будут единодушны два или десять, то один уже не один, но каждый из них бывает в десять раз больше; и ты в десяти найдешь одного, и в одном десять. Если у них есть враг, - он уже нападает не на одного, и бывает побежден так, как ели бы нападал на десятерых. ... Возьми себе урок и из противного. Пусть кто-нибудь не имеет ни одного друга, - что служит знаком крайнего неразумения, - какова будет жизнь его? Хотя бы он был чрезвычайно богат, хотя бы жил в довольстве и роскоши, хотя бы приобрел бесчисленные блага, - он бывает одинок и беспомощен. Между друзьями же не так; но хотя бы они были и бедны, - они бывают богаче богатых ... Таким образом, дружба будут для нас основанием всякого удовольствия и всякой безопасности. В самом деле, невозможно потерпеть какое-либо зло тому, кто охраняется столькими оруженосцами. И царские телохранители не столько бдительны, как эти: те охраняют по нужде и страху, а эти по доброжелательству и любви; любовь же гораздо сильнее страха. Притом царь боится своих стражей, а человек, имеющий друзей, больше надеется на них, чем на себя, и при них не боится никого из злоумышляющих. Будем же приобретать друзей, - бедный, чтобы иметь утешение в бедности, богатый, чтобы в безопасности владеть богатством, начальник, чтобы безопасно начальствовать, подчиненный, чтобы иметь благосклонных начальников".
   *
   Применительно к военно-учебным заведениям единомыслие руководящих и педагогических кадров втройне важно, ибо здесь ярче всего отсутствие последнего проявляется в виде действий персонажей басни И.Крылова "Лебедь, щука и рак":
  
   "Когда в товарищах согласья нет,
   На лад их дело не пойдет,
   И выйдет из него не дело, только мука".
  
   Тот, кто знаком, с коллективами военно-учебных заведений, без лишних слов поймет, как важно добиться единомыслия среди людей, которые то ли в силу "учености", то ли по соображениям ложной кастовости, то ли из-за недомыслия и недальновидности выстраивают внутри военной школы оградительные сооружения и ведут иногда нешуточные "сражения" из-за мелких, не стоящих того, вопросов, нанося ущерб общему делу.
   Весьма к месту тут следующее рассуждение Аристотеля о том, что "единомыслие есть политическая дружба":
   "Такого рода единомыслие существует между нравственными людьми, ибо они находятся в согласии сами с собою и с другими людьми, так как они не меняют, так сказать, своих намерений. Их воля остается неизменной, она не убывает и прибывает, как вода в проливе Эврип. Воля их направлена на полезное и на справедливое; и к этой цели они стремятся сообща".
   Говоря о личном духовном наставничестве руководителя, следует подчеркнуть следующую мысль:
  
  -- с одной стороны, сфера духовного наставничества самого руководителя распространяется на его ближайших помощников;
  -- с другой стороны, эта функция реализуется посредством личного примера руководителя, а также через поучительность подготовки и проведения общевузовских мероприятий.
  
   Другими словами, не следует возлагать на руководителя роль непосредственного духовного наставника обучающихся в вузе и работающих в нем - это для него непосильно, а сточки зрения системы руководства даже и вредно, ибо каждый должен заниматься своим делом и выполнять часть общей работы на своем участке деятельности. Но вот опосредованное наставничество, безусловно, должно осуществляться через пример и практические действия руководителя.

*

Коммуникативная функция руководителя.

   Суть вопроса в том, что учебное заведение - это единое учреждение, а коллектив этого учреждения - одна команда, в которой, выражаясь спортивным языком, роль капитана выполняет руководитель.
   Опять же, обращаясь к людям, знающим положение дел в военно-учебных заведениях, можно констатировать без излишнего доказательства следующее: многие вузы - это собрание разнородных и разобщенных коллективов, работающих не на общий конечный результат, а на свои, узкие (кафедральные, "местечковые") интересы; "капитан" общей команды - или же выразитель интересов определенной группировки или же личность, дистанцирующаяся от всех, занимая либо положение третейского судьи, либо властного диктатора, без решения которого даже гвоздь не может быть вбит по предназначению...
   Военно-учебное заведение, являясь частью военно-учебной системы и входя в целом в военную организацию, не может не иметь связей и контактов с другими вузами, органами учебного и военного управления, а также воинскими частями, для которых оно готовит своих питомцев.
   Несколькими штрихами покажем, каким образом коммуникативные задачи решались в военно-учебных заведения России.
   Так, 2 апреля I835 г. приказом по военно-учебным заведениям учреждены особые "Воспитательные комитеты", составлявшиеся из всех корпусных офицеров и старших учителей, для решения общих вопросов воспитания кадет.
   Для проверки направлений, хода и постепенного усовершенствования учебной части в военно-учебных заведениях, Главный Начальник повелел производить сравнительные, общие публичные испытания воспитанников во всех сих Заведениях вместе.
   Такое испытание было проведено в первый раз в июне месяце 1842 года, в присутствии всех принадлежавших к военно-учебным заведениям чинов военной и учебной службы и многих лиц постороннего ведомства, известных своим образованием. Публичному испытанию подвергнуты были воспитанники всех военно-учебных заведений, предназначенные к выпуску, для чего и собирали их в сборной зале Дворянского Полка. Экзамен произведен был в следующем порядке предметов: в первый день в языках, во второй - в науках физико-математических, в третий - в науках политических, в четвертый - в науках военных.
   Так как общая программа по преподаванию Закона Божия утверждена еще не была, то испытание в оном сделано было особо в каждом Заведении. Вместе с тем Главный начальник объявил военно-учебным заведениям, что, с 1843 года, будет требовать на общий публичный экзамен, сверх классов выпускных, и остальные классы всех без изъятия Заведений, избирая каждый раз один из таких классов для испытания в одном или в нескольких учебных предметах, по собственному внезапному назначению Его Высочества.
   В видах применения в кадетских корпусах единообразного порядка, общего для всех военно-учебных заведения приказом Главного Начальника военно-учебных заведений от 19 апреля 1850 г., N1182, Директорам кадетских корпусов вменялось в обязанность посещать во всякое время дня и ночи, по крайней мере, один из столичных корпусов, и усваивая, один от другого, то, что будет признано полезным, применить к заведению, вверенному его управлению.
   При всей очевидной полезности данных решений, трудно предположить, что все из них неукоснительно соблюдались или же использовались во благо, а не во вред общему делу. Как бы там ни было, признать проблему коммуникации решенной на сегодняшний день совершенно нельзя. Проблемы коммуникации (внутренняя и внешняя) сохраняется и требует своего разрешения. Не последнее место в ее решении играет руководитель военно-учебного заведения.

*

Мотивационная функция руководителя.

  
   Необходимость мотивации военно-учебного дела не вызывает сомнения. Дело в другом: что следует мотивировать, говоря другими словами, на что надо повышать спрос в военно-учебных заведениях, или: что должно быть в цене? Исходя из исторического опыта, можно указать то, в чем, главным образом, нуждаются военно-учебные заведения. Это:
  
  -- Талант.
  -- Преданность делу.
  -- Подвижничество.
  -- Разумное усердие, инициатива и творчество.
  -- Патриотизм.
  
   Исключительной мерой такой мотивации, на наш взгляд, была система премирования преподавателей и обучаемых.
   К примеру, в Императорской военно-медицинской академии существовала следующая система премий для преподавателей и студентов:
  
   1. Кто-то из пожертвователей (ими могли быть как частные лица, так и организации) предоставляли военно-учебному заведению какую-то сумму.
   2.Эта сумма помещалась в одно из кредитных учреждений под проценты.
   3.Объявлялся конкурс на получение премии (к примеру, в академии он объявлялся раз в 4 года).
   4.За то время, на который объявлялся конкурс, положенный в банк капитал, давал определенные проценты. Проценты, набежавшие с этого капитала, и составляли премию.
  
   Так, в академии была установлена премия заслуженного профессора академика Петра Загорского.
   Капитал в сумме 4.571 рубль был положен в банк под проценты.
   За 4 года сумма, образовавшаяся от процентов, составила около 1.000 рублей.
   Эта тысяча рублей и стала премией победителю конкурса сред преподавателей.
   Н. Мельницкой сообщает о другом примере. "По всеподданнейшему докладу Государю Императору записки о денежных наградах, завещанных покойной княгинею Евдокиею Ивановною Голицыною, в поощрение и воздаяние отличной службы на военном поприще, четырем кандидатам из воспитанников Военно-Учебных Заведений, Его Величество изволил Высочайше одобрить благие намерения завещательницы.
   В записке этой значится:
   "1)Согласно с желанием покойной княгини Евдокии Голицыной, назначаются четыре награды, каждая по 6.857 руб. сер. в поощрение и воздаяние отличной службы на военном поприще.
   2)Для получения сих наград избираются из четырех Кадетских Корпусов, по назначению Его Императорского Высочества Главного Начальника Военно-Учебных Заведений по одному кандидату, преимущественно из сирот, или детей родителей недостаточного состояния, которые, при выпуске в 1850 году, получат более баллов за поведение и успехи в науках.
   3)Избранные кандидаты, поступив на службу, пользуются с завещанного капитала процентами, доколе службою или особыми военными подвигами не приобретут права на получение капитала.
   4)Право на получение капитала приобретается:
  -- а.Беспорочною службою, награжденною орденом Св. Георгия за 25 лет.
  -- б.Подвигами храбрости, награжденными шпагою или саблею за храбрость, или орденом.
  -- в.Полученными в сражении ранами, хотя бы, по причине их, кандидат должен был перейти в гарнизон или отставку.
  
   5)Если кандидат, находясь в сражении, будет убит или, получив раны, умрет от них, то на получение капитала имеет право жена и дети, если таковые будут.
   6)Право кандидата на получение пенсии капитала прекращается, если он, не оказав ни одного подвигов в с.4-й:
  
  -- а. Оставит службу.
  -- б.Подвергнется взысканию по суду.
  -- в.Умрет.
  
   Во всех сих случаях, право на получение капитала переходит на нового кандидата, который избирается из отличнейших кадетов одного из Кадетских Корпусов, по назначению Его Императорского Высочества и согласно с 2-ю статьей сих правил, и
   7)Пожертвованные на сии награды суммы отправляются в Санкт-Петербургскую Сохранную Казну, под название: вклада княгини Евдокии Голицыной, для награждения за службу и подвиги на военном поприще. Четыре билета на сии вклады хранятся в Штабе Главного Военно-Учебного Управления, от которого зависит употребление пожертвованных сумм, сообразно с сими правилами".
   Помимо указанного, есть и другие средства мотивации, чем они шире, продуманнее, сообразны с требованиями обстановки и времени, тем они эффективнее.

*

Общественно-политическая функция.

  
   Суть этой функции руководителя заключается в том, чтобы обеспечить внутри военно-учебного заведения правильного понимания политических задач армии и офицера, не допустить использования училищной трибуны для проведения какой-либо политической агитации, а также использовать возможности средств массовой информации, командные и педагогические кадры для формирования положительного образа военной службы, благородной миссии вооруженных сил и подвижнической деятельности коллектива данного военно-учебного заведения.
   *
   Нельзя недооценивать важность этой функции, хотя бы по тому печальному опыту, который имели в этой области военно-учебные заведения в 1904-1905 гг.
   Поначалу работа по политическому проникновению в военно-учебные заведения велась нецеленаправленно и вяло.
   Ее инициаторы не имели четких целей и задач, но впоследствии революционеры поставили себе задачей вести пропаганду среди будущих офицеров с самого начала их учебы. В частности, IV съезд РСДРП, проходивший в апреле 1906 г., принял резолюцию, в которой указывалась необходимость "усилить и систематизировать пропагандистскую и организаторскую деятельность в войске и военно-учебных заведениях".
   Основной формой роботы революционеров в военно-учебных заведениях являлась устная и печатная агитация и пропаганда.
   В Петербурге в 1905 году социал-демократами была создана для этого специальная группа. По заданию ЦК РСДРП пропагандисты и организаторы устанавливали связь с воспитанниками военно-учебных заведений. Для более эффективной работы военная организация при Петербургском комитете РСДРП разбила город на районы.
   В сферу деятельности, например, Выборгского района входило Михайловское артиллерийское училище, Петурбургско-Павловское, Окружного района - офицерская артиллерийская школа. Работу в военных училищах активно проводили Казанская, Киевская, Московская, Тифлисская и другие военные организации большевиков.
   Непосредственные связи с юнкерами и кадетами устанавливали студенты-партийцы. Они снабжали будущих офицеров нелегальной литературой, разъясняли им цели и задачи партии в революционной борьбе, приобщали к участию в рабочих кружках.
   Кружки для проведения революционной работы создавались и в самих военно-учебных заведениях.
   Так, в Петербургском пехотном юнкерском училище, вступивший в РСДРП в 1903 г., В.Антонов-Овсеенко организовал социал-демократическую группу. Кружок революционного направления был создан в Николаевском Инженерном училище. В его входили подпоручики Ждановский, Зубков, Баранов и др. Они знакомились с опытом западных революционеров, русских революционеров-эмигрантов, читали стихи революционного содержания, прокламации и обсуждали их. Казанский городской комитет РСДРП в конце 1905 года создал военную организацию среди юнкеров военного училища.
   Организации РСДРП устанавливали тесные связи с юнкерами и кадетами путем переписки, в которой интересовались их жизнью, бытом, просили сообщать о действиях начальства, настроениях среди воспитанников.
   Об этом министр внутренних дел России 3 февраля 1906 г. уведомлял военного министра о том, что "...юнкера Санкт-Петербургских военных училищ посредством переписки ведут сношения с неблагонадежными лицами, сообщая последним сведения о действиях и распоряжениях своего начальства, причем в целях устранения возможного со стороны начальства контроля, они испрашивают себе отпуска, во время которых и отправляют по назначению свои письма конспиративного содержания".
   В листовках, обращенных к юнкерам, большевики конкретно разъясняли их роль в период восстания, призывали отказываться стрелять в рабочих и крестьян:
  
   "Вы еще молодые, не запачканные повседневной грязью нашей пошлой жизни, - говорилось в одной из листовок, обращенной к юнкерам социал-демократов 1905 г. - еще не обагрили рук в народной крови, вдумайтесь в глубокий смысл тех событий, которые окружают вас. Отдайте себе отчет в той борьбе, которую ведет крестьянство за землю, рабочий за хлеб, весь народ за волю, подумайте над этой задачей, которую диктует вам долг перед народом... подумайте и опомнитесь... пусть скорее уже могучие ряды пополнятся вами... Уже первые бойцы из рядов русского офицерства смело подняли голоса в защиту народа. И народ приветствует их".
  
   Подобных фактов было множество.
   Они стали причиной того, что военный министр России издал в начале 1906 г. приказ "Об усилении надзора за воспитанниками военно-учебных заведений". Это свидетельствовало о том, что революционная работа среди будущих офицеров велась активно.
   В своем приказе военный министр повелевал установить следующий порядок контроля за юными нарушителями:
  
   "Всем офицерам в случае нарушения воспитанниками дисциплины и общих правил благопристойности, а также правил, установленных для отпускных кадет, отбирать имеющиеся у них отпускные билеты и препровождать к директору корпуса, виновных же направлять в корпус. В исключительных случаях, требующих немедленного воздействия со стороны администрации учебных заведений о проступках, сообщать в таковое по телефону".
  
   Большое революционизирующее влияние на юнкеров оказывали студенты гражданских высших учебных заведений. По заданию партийных организаций они устанавливали связи с юнкерами, наиболее благонадежных привлекали к работе в кружках.
   Размаху революционного движения способствовала работа Казанского комитета РСДРП. Социал-демократы подбирали революционно настроенных студентов, молодежь, которая имела образование, советовали им поступать в училище.
   Цель такой работы была двоякой: во-первых, пропаганда революционных идей среди юнкеров; во-вторых, готовить офицерские кадры для революционной работы в войсках для будущей армии революции. В одном из постановлений комитета говорилось:
  
   "...Постановили предложить сочувствующим ... студентам и другим лицам, имеющим образовательный ценз, взаимен отбытия воинской повинности в общем порядке, поступать в юнкерские училища, с тем, чтобы по производстве в офицеры вести противоправительственную агитацию среди военных чинов..."
   *
   Пробуждение революционного духа в военно-учебных заведениях не ускользало от внимания самодержавия в целом и лично царя. "На военные училища было обращено особое "внимание" директора департамента полиции и ввиду того, что последний выпуск из военно-учебных заведений и в особенности Николаевского Инженерного училища дает значительное количество неблагонадежных в политическом отношении молодых офицеров, было признано необходимым озаботиться приобретением секретной агентуры в петербургских военных училищах".
   На имя командующего Московским военным округом от военного министра последовало приказание, в котором для борьбы с революционной пропагандой в войсках предлагалось немедленно начать подготовку будущих офицеров, чтобы они могли разбираться в социальных и политических вопросах и в случае надобности могли разъяснять их солдатам.
   *
   Программу такой подготовки выработала специальная комиссия, в которую, наряду с военными, вошли профессора Сергеевич, Плаканов и др.
   Из программы следовало, что будущий офицер должен был уметь доказать незыблемость и вечность существования самодержавия. Для этого он обязан знать различные общественные организации, а также иметь элементарные понятия об истории социальных учений. Офицеру вменялось в обязанности разъяснять солдату, что армия есть инструмент ведения войны, гордость и величие существующего строя, что она, не задумываясь, должна сохранять и поддерживать царский строй.
   В целях ограждения офицеров от политического влияния революционеров, для разъяснения им "сути" крамольного учения, военный министр велел проводить курсы занятия с выпускниками училищ. В секретном письме военного министра П. Ванновского 22 мая 1884 г начальнику Главного военно-судного управления А.Имеретинскому отмечалось, что "социал-революционная пропаганда с каждым годом делает все новые успехи, усиливаясь поколебать все государственные основы". Говорилось, что расследование "политических преступлений за последнее время обнаружило, что, начиная с 1880-1881 г., усилия революционеров главным образом обратились на распространение противоправительственной пропаганды среди армии и в особенности среди офицерского ее состава".
   *
   Мы сознательно упустили из фактического материала А.Панова, который приводили выше, его позитивные оценки данной революционизирующей (а если быть более точным - разлагающей) деятельности в военно-учебных заведениях.
   Не полемизируя с автором по сути дела и оценок этой деятельности, прямо заявим свою позицию: такие действий идут только во вред России и на пользу ее недругам. Ослаблять армию, - значит обессиливать Россию, делать ее беззащитной перед теми хищниками, которые ее окружают и теми, которые внимательно смотрят из-за океана на нее со злорадством и ненавистью.
   Можно издавать много приказов и распоряжений, но, если на местах, не будут понимать важности политической и контрпропагандистской работы, то любые благое меры и строгие пожелания так и останутся нереализованными или же недейственными.

*

Охранительная функция руководителя.

  
   Может быть это звучит архаично - "охранять" - но, по сути дела, верно. Другими словами, охранять - "стоять на страже" чего-то. Исходя из исторического и современного опыта, охранять требуется:
  
  -- Достоинство людей.
  -- Чистоту молодых сердец, романтизм юности.
  -- Права, законные льготы и преимущества.
  -- Талант.
  -- Чистоту нравов.
  -- Традиции.
  
   Мы не видим особой необходимости подробно раскрывать все выше указанное за одним лишь исключением - о необходимости сбережения главной ценности человека - его достоинства. Но и тут мы лишь сошлемся на мнение А. Апухнина (1907 г.):
  
   "Чувство личного достоинства, это - сила как для простого солдата, так и для офицера, это - элемент энергии, а потому не следует пренебрегать никакими средствами, чтобы увеличить эту силу в сердцах солдат. Очевидно, сколько необходимо осторожное, бережное отношение с этой силой, которую ведь можно привести к нулю грубостью, ненужной строгостью, запугиванием. К сожалению, существует мнение, что подобное обращение необходимо во имя дисциплины. Стоит ли доказывать, насколько подобное убеждение ложно? Можно ли пожелать этим господам, чтобы им довелось разубедиться под давлением горького боевого опыта".
  
   Подчеркнем и то, что ранний прагматизм, изгоняющий романтизм из юной души - зло, ведущее к эгоизму, корыстолюбию, неразборчивости в средствах и другим порокам.
  
   "Наставь юношу в начале пути его: он не уклонится от него, когда и состарится", - гласит Притча.

*

Контрольно-оценочная функция руководителя.

  
   Эта функция обуславливается должностным положением начальника: контролировать и оценивать деятельность подчиненных.
   В этой функции есть три составляющие, которые можно обозначить такими вопросами:
  
  -- кого контролировать и оценивать?
  -- что подлежит контролю?
  -- что и как необходимо оценивать?
  
   В самом общем виде, ответы на поставленные вопросы могут быть таковы:
  
   1)контролировать следует своих ближайших помощников;
   2)подлежит контролю и оценке главное в их деятельности;
   3)оценка должна быть объективной и справедливой.
   *
   Суть высказанной позиции состоит в следующем.
   Во-первых, руководитель не может превратиться в человека, который осуществляет тотальный контроль (к сожалению, это иногда и пытаются сделать, прибегая к услугам должностных лиц и добровольных "шептунов").
   Он может обнаружить и оценить недочеты в самом низшем звене своей иерархии, но затем лишь, чтобы, совершив восхождение по цепочке вверх, понять, какие просчеты в своей работе допускает его непосредственный подчиненный.
   Во-вторых, мелочи и детали, если они не имеют существенного характера, не должны попадать в поле деятельности руководителя: он должен уметь видеть и оценивать главное в поступках, поведении, отношении к делу, выполнении должностных обязанностей своих подчиненных.
   К сожалению, по свидетельству В. Флуга, "наши начальствующие лица часто имели тенденцию свое внимание посвящать преимущественно мелочам службы, упуская главное".
   В-третьих, оценка должна быть не только объективной, но и справедливой, что означает следующее: к объективности следует прибавить учет мотивов поступка или действия, степень затраченных усилий и отношение к делу.
   Другими словами, оценивается добродетель и благое дело, а не только и не сколько, как конечный результат.
  

*

Учебно-воспитательная функция.

  
   Суть этой функции руководителя проста: он должен сам участвовать в учебном процессе, чтобы видеть и понимать педагогический процесс не с высоты своего начальственного положения, а изнутри. Конечно, рамки этой функции должны быть ограничены, но не сводиться к нулю.

*

Научно-исследовательская функция.

  
   Значение этой функции обусловлено тем, что педагогический процесс и люди, участвующие в нем, находятся в постоянном движении. Для того, чтобы развитие шло в сторону прогресса, а не топталось на месте или же не откатывалось назад, нужна целенаправленная научно-исследовательская деятельности. Реализация этой функции может иметь ряд составляющих: а)личное участие в научно-исследовательской работе; б)разработка заданий для проведения НИР; в)обобщение и анализ научных данных, собранных подразделениями вуза.
  

Краткое резюме

  
   Все выше изложенное дает нам основание заявить, что военно-кадровая политика в системе военно-учебного строительства не только далека от совершенства, но и глубоко порочна.
   С такими руководителями, которые не подготовлены быть мудрыми наставниками и достойным примером для всех в военно-учебном заведении, мы еще долгое время будем пожинать печальные плоды недоработок в деле подготовки офицерских кадров.
   Рыба, как говорят, гниет с головы...
   *
   Пора бы и кадровиков поставить на должное место и отобрать у них право творить произвол в назначениях и перемещениях офицеров, особенно в системе военных вузов.
   *
   Продолжение следует...
  

 Ваша оценка:

По всем вопросам, связанным с использованием представленных на ArtOfWar материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email artofwar.ru@mail.ru
(с) ArtOfWar, 1998-2023