# Выполнить приказ отца

Евгений Понамарчук

Сколько нужно генералов НАТО, чтобы уничтожить три сербских танка?

Медийным лицом бомбардировок Югославии 1999 года был главком силами НАТО в Европе Уэсли Кларк. Непосредственно же воздушной кампанией руководил генерал-лейтенант ВВС США Майкл Шорт. На нем в значительной степени лежала ответственность за решения, что и как бомбить, хотя ему приходилось учитывать распоряжения начальника и мнение союзников по блоку.


Тем временем в 81-й истребительной эскадрилье, базировавшейся сначала в Авиано, а позднее в Джоя-дель-Колле, на боевые задания летал капитан Кристофер "Джуниор" Шорт. Несмотря на исторически сложившееся истребительное обозначение, эскадрилья была вооружена штурмовиками A-10 "Тандерболт" II. Это тихоходные самолеты, так что полет до Косово длился два часа, затем были три часа поиска целей и дозаправки в воздухе, и еще два часа "борьбы со сном" на пути домой. A-10 применялись не только как штурмовики, часто они выполняли функции воздушных авианаводчиков, то есть занимались целеуказанием для других самолетов.


Генерал Шорт был ветераном Вьетнама, где совершил 276 боевых вылетов. За три десятка лет технологии сделали большой шаг вперед. Беспилотники MQ-1 "Предэйтор" передавали изображение с поля боя в прямом эфире, что давало командованию небывалые возможности по управлению своими подчиненными. На симпозиуме Ассоциации ВВС США в 2000 году генерал Шорт рассказал следующую историю:


Примерно 45-й день войны [То есть начало мая. - Здесь и далее прим. пер.]. "Предэйтор" давал нам отличную картинку. Около 5 часов дня мы смотрели видео с "Предэйтора" в прямом эфире, как три танка едут по дороге в Сербии и Косово...

Мой сын - пилот A-10, точнее, был в то время. Над всем этим у нас был передовой авианаводчик, и генерал Кларк получал ту же прямую трансляцию, что и мы. "Майк, я хочу, чтобы ты уничтожил эти танки". Я быстро ответил, имея в виду нечто другое: "Босс, я возьмусь за них".

Когда подошло время пересмены, на посту находился Гарри Трекслер [Зам. командующего 5-й воздушной армией НАТО], заканчивавший дневную вахту, и прибыл Гелвикс [Директор Центра совместных воздушных операций НАТО], чтобы заступить на ночное дежурство. Я находился там, потому что главком объединенными силами в Европе хотел уничтожить эти три танка. У нас на связи был выпускник школы вооружения, по радио передававший инструкции авианаводчику. Был отправлен звонок примерно в таком духе: "Очень заинтересованы в уничтожении этих танков, 421-й. Возьмитесь за это". "Роджер".

Проходит две или три минуты, а 421-й явно не нашел эти танки. Молодой майор говорит слегка повышенным тоном: "Командующий Южными ВВС и Главком очень заинтересованы в уничтожении этих танков. Вы уже нашли их?" - "Отрицательно".

Прошло еще минуты две, и выпускник оружейной школы разыграл свою последнюю карту. "Генерал Шорт очень хочет уничтожить эти танки". И в ответ раздался голос, который я слышал в своем доме уже почти 30 лет, и он сказал: "Черт возьми, пап, я не вижу гребанные танки!"


Описанную ситуацию можно было бы счесть анекдотом про то, как два натовских генерала (один в Италии, другой в Бельгии) охотились за тремя сербскими танками. Однако ее мораль более глубока; это демонстрация проблем, с которыми столкнулась военная машина НАТО при поиске целей на косовском театре военных действий.


В начале кампании боевым самолетам запрещалось спускаться ниже 15 000 футов (4,6 км) при нанесении ударов. Ограничение ввели, чтобы обезопаситься от зенитной артиллерии и ПЗРК. Коалиция всеми силами стремилась исключить потери, хотя генерал Шорт и отрицал, что ему давали прямой приказ на этот счет. Для воздушных передовых авианаводчиков сделали исключение - им разрешалось спускаться до 10 000 футов (3 км), а позднее и до 5000 (1,5 км). Технологиями обнаружения и опознавания целей были обычные бинокли (как во времена Первой мировой) и "глазные яблоки Mk 1" (как во времена каменного века). Со своей дозволенной высоты полета и со своим углом обзора авианаводчику было намного тяжелее найти вражеские танки, чем беспилотнику с его оптикой. Вдобавок сербы маскировали технику как могли. По свидетельству одного британского пилота, в дневное время в Косово на земле не было никакого движения.


11 мая 1999 года капитан Шорт совершал очередной вылет ведущим пары. Они атаковали ракетами AGM-65 "Мэйверик" два замаскированных бронетранспортера, и Шорт поразил один из них. Когда после атаки они набирали высоту, летчик почувствовал удар снизу. Самолет вел себя нормально, его ведомый не заметил никаких следов повреждений. Они дозаправились, нанесли удар неуправляемыми бомбами по еще одной цели. Только после возвращения в Джоя-дель-Колле обнаружились повреждения внизу фюзеляжа: оторвало антенну, большая царапина и черное пятно. Это был один из всего двух случаев подбития "Тандерболтов" в Югославии. Американцы пришли к заключению, что самолет получил прямое попадание ракеты "мобильного ЗРК", которая не взорвалась.


Снова вспоминает генерал Шорт (из интервью передаче "Frontline" телеканала PBS):


Позвонил мой сын и сразу сказал: "Не говори маме". Я ответил: "Не говорить маме о чем?". И он сказал: "Меня вчера подбили".

Мой вопрос: "Где ты был?". Я ожидал ответа, что он был на высоте 3000 футов [менее 1 км], что там был танк, который ему так хотелось достать. А он сказал: "Я был на высоте 18 000 футов".

Я вздохнул с большим облегчением, во-первых, потому что он был в порядке, и во-вторых, потому что он следовал правилам. Это была простая случайность.


Определенно генерал радовался, что ему не надо ругать своего подчиненного-сына за нарушение правил игры... правил войны. Если была сказана правда о высоте поражения, то ПЗРК его достать не могли, и самолет поразила ракета с тепловым наведением, выпущенная комплексом "Стрела-1" или "Стрела-10" (будь это ракета с радиолокационным наведением, пилот обнаружил бы облучение радаром); отец-командир, выступая перед сенатским комитетом по вооруженным силам, уверенно назвал SA-13 / "Стрела-10".


Крис Шорт совершил 45 боевых вылетов в Косово. Это достаточно много; командир 40-й группы экспедиционных операций, в подчинении которого находились все "Тандерболты" до прибытия еще одной эскадрильи в мае, совершил 24 вылета. Позднее Крис летал на истребителе-бомбардировщике F-15E и получил медаль "Серебряная звезда" за оказание эффективной поддержки наземным войскам в знаменитой битве на хребте Такургар в Афганистане (март 2002 года). Его сестра Дженнифер тоже летала на A-10 в Афганистане и Ираке. Со временем и сын, и дочь генерала дозрели до генеральских званий.


Что же касается их отца, то он не хотел уничтожать сербские танки. Для него путь к победе лежал через руины стратегических объектов противника - министерств и электростанций. Он конфликтовал с Уэсли Кларком, считавшим, что целью номер один должна быть техника в Косово. В описанном эпизоде Шорт нехотя выполнял приказ начальника, рискуя при этом головой своего сына. И успех воздушной войны НАТО измеряли не в уничтоженных нефтехранилищах и мостах через Дунай, а в уничтоженной бронетехнике. Такой подход привел в итоге к конфузу, когда при 120 заявленных уничтоженными танках натовская группа по изучению эффективности боеприпасов нашла в Косово остовы 14 танков и 12 "танкообразных" самоходных артустановок. Из чего можно было заключить, что НАТО проиграло эту войну...


Впрочем, это уже другая история.


A-10 в косовском небе у границы с Македонией 15 апреля 1999 года (кадр телерепортажа)


Легкие повреждения самолета капитана Криса Шорта, подбитого 11 мая 1999 года


Семья генералов: отец Майкл, сын Крис, дочь Дженнифер