# "Старый"

Виктор Александрович Гуру

"Старый"


Пятнадцать лет прошло с тех пор как капитан Серёга "Старый", попав в засаду, погиб. И теперь, оставив тот мир, жил среди своих предков, воинов разных эпох. Общество этого света было поистине разношёрстное и веселое. Воины старой Руси и петровские солдаты, солдаты первой мировой и красноармейцы. Афганистан, Чечня, участники больших и малых конфликтов, ополченцы Донбасса, а теперь ещё приходили и оставались военные РФ погибшие на войне по имени "СВО".


Всё это были, в основном, молодые мужики. "Война - дело молодых" - пела во времена юности "Старого" знаменитая группа. И его нынешнее окружение подтверждало данный факт. Убеленных сединами воинов здесь было меньшинство.


Объединяло же их всех одно единственное, принятое в свое время, решение. Остаться рядом со своими, живыми братьями, в этом мире, и помогать им на ратном пути.


Укрывать от взора врага непогодой. Охлаждать лёгким ветром их разгоряченые боем тела. Держать часовых в бодрости на ночной страже, создавая иллюзии движения столбов и кустов. Для особо утомлённых воинов, чьи глаза уже не было возможности разлепить невинными "шалостями", всегда наготове были ёжики. Их веселый бег по сучьям и листьям, создавал звуковой фон наступления хохлов. И моментально приводил в чувство задремавшего бойца. Все это само собой сопровождалось усиленной стрельбой во тьму всем подразделением, но зато после, ясность в глазах была обеспечена до самого рассвета.

Разность вероисповедания или его полное отсутствие, к слову, никоим образом не волновало души служивых. О чем спорить, если окружающая их действительность сама все расставила по местам? Нет, старики конечно ржали со свежепогибшей молодежи, которая во что только не верила. К "классическим религиям" добавлялись и современные веяния, вплоть до поклонников Ктулху и Пастафарианцы. Но больше всего веселили "древних" молодые представители "язычества". Помесь скандинавских и славянских мировоззрений, которые озвучивали современные "язычники", составляли основную часть веселья у старших.

Особенно весело это было обсуждать в дни Памяти. Когда оставшиеся на Земле родственники и сослуживцы погибших, приезжали на их могилы, чтобы помянуть друзей. Язычеством там никогда не всплывало.


В эти дни, над могилой, на деревьях, на облаках, да и просто на соседних памятниках рассаживались души погибших воинов и слушали истории о своих нынешних друзьях. Энергией памяти в этот момент питалась не только душа поминаемого воина, но и все остальные. Заодно питались запахом пирогов и водки. Души хоть и бестелесные, но полетать в винных парах им завсегда приятно.


Древние воины, у которых на Земле уже никого не было, ходили по зову молодых. Слушали истории. Радовались водке с хлебом. Хоть и ворчали, что их хмельные меды были слаще. За давностью лет правдивость этого утверждения проверить было, конечно, не возможно, но молодые все равно соглашались. В древности и деревья были выше, и трава зеленее.


Вот и сегодня, в день свой Памяти, Серёга "Старый" был рядом с родными и сослуживцами. Слушал их речи. Смеялся над общими с ними весёлыми историями. Радовался вместе со своими братьями. С теми кто на земле. И с теми кто на небе.


Разговоры живых сослуживцев постепенно перешли и на тех из них, кто сейчас был на войне. Рассказывали о них новости. Кто с кем созванивался, общался. Что делают, да как воюют. И именно в этот момент "Старый" почувствовал, что тем грозит беда! Понимание пришло мгновенно и стало не только его достоянием, но и передалось его нынешним собратьям. Так уж устроено. Душа погибшего воина, оставшегося здесь, навсегда связана со своими живыми братьями. А через него и души всех погибших предков. В то же мгновение унеслись они помогать живым!


Оказавшись рядом с братьями, в ближнем тылу родных войск, увидели солдаты неба, как один из автомобилей уже почти наехал на мину. На одну из многих, которые в этой лесополосе щедро раскидали хохлы. Лесополоса была буквально ими засеяна. И на одну уже заезжало заднее колесо "девяносто девятой".


Спасти живых! Погибшие воины всей своей духовной силой, концентрированным движением душ, ударились в бок автомобиля и за долю секунды до взрыва, сдвинули его в сторону от мины!


А "Старый" бросился на мину. Как и пятнадцать лет назад приняв на себя её взрыв. В прошлом, на многострадальной земле Ингушетии, его крупное мужское тело, вобрало в себя взрыв гранаты РПГ, поразившей бронированный УАЗ. Защитив собой его братьев, находившихся за ним в машине. Вот и теперь, его широкая душа, сконцентрировавшись в горчичное зерно слова "Нет!", полностью отклонило в сторону от автомобиля кумулятивную струю и впитало в себя большую часть фугасного воздействия. Его живым друзьям достались лишь остатки взрывной волны, контузившей их, да выбившей стекла автомобиля. Но они были живы.


Выпав из "девяносто девятой" на землю, ползли они по колее следов. Плохо слыша, со звоном в ушах, посеченные стеклами, но все же соображающие что и зачем делать. Через какое-то время каждый из них огляделся вокруг, отыскивая друг друга ошалелыми взглядами, оценивая состояние товарищей и необходимость помощи. Шок отступал и сознание занимал выработанный тренировками рефлекс "раз сам жив и относительно цел, ищи товарища и оценивай, нужна ли ему помощь". Все были посечены стеклом. Кому то кровь заливало лицо из расеченного лба. У кого-то кровь пропитывала брюки или боевую рубашку. Доктор, сам получивший ранение плеча, и оценив его небольшую тяжесть, уже полз к товарищам с медрюкзаком. Который и вытащил с собой из покореженного авто на одном рефлексе.


"Старый" спокойно сидел на ветке дерева и вместе с другими душами наблюдал за происходящим внизу. Опасности его братьям уже не было. Тем более к ним приближалась остальная группа. Живые справятся сами.


- Теперь у твоих живых друзей новые дни рождения. - сказал Сергею сидевший рядом с ним "Линза", - Дни рождения в день твоей Памяти.

- Да. - кивнул "Старый", - Новые дни рождения. В день моей Памяти. И это хорошо.


На земле, на спине лежал оглашенный майор "Хитрец" и спокойно ждал пока Док перебентует его голову. Лежал и смотрел на вершины деревьев. Думал о давно погибшем друге, капитане Сергее "Старом". Сегодня был день его Памяти. И, получается, сегодня новый день рождения у него, майора "Хитреца".


И это хорошо.