# Гардез

Артём Шейнин

Гардез, 56-я Десантно штурмовоя бригада. Август-октябрь 1984

ГАРДЕЗ

(август-октябрь 1984)

Прибытие в бригаду осталось в моей памяти как бредовый, горячечный сон.


Густое, колеблющееся марево над взлёткой, устланной рифлёными железными листами.

Мы, неуверенной толпой бредущие в этом мареве в сторону клуба.

И мечущиеся, словно злые духи, вокруг нас какие-то неистовые личности.

"Вешайтесь, молодые!"

Очень мило....

Если Фергана и оставила во мне какие-то остатки романтики, то и они улетучиваются с невероятной быстротой, растворяясь в этом мареве и этих злобных заклинаниях:

"Вешайтесь, шнуры!!!"


Заводят в какой-то капонир, крытый железом. Оказывается это клуб.

Рассаживают нас внутри по лавкам. А кровожадные неистовые личности продолжают толпиться за дверями, снаружи. И кажется, как стая волков готовы разорвать нас на части, стоит только выйти за дверь.


Первым к нам обращается седой подполковник. Я его сразу узнал.

Ну, то есть не узнал, а понял, на кого он похож.

Был такой актёр Евгений Лебедев, Кутузова играл в "Эскадроне гусар летучих" и в других фильмах тоже.

Седой весь и брови такие густые и седые.

Такой насупленный, но добрый в душе дед-генерал.

Тут он, правда, был с погонами подполкоаника на полевой форме, но это ничего не меняло- сходство сто процентное.

Меня прям как-то отпустило слегка, как увидел его- ну вот, первый персонаж из того "кина", которое я сам в своей голове уже несколько лет про Афган снимал. Вот так я и представлял сурового и надежного командира, "слугу царю, отца солдатам". Ну вот, сейчас всё и начнёт налаживаться...

И тут он, абсолютно с интонацией и мимикой народного ариста СССР Евгения Лебедева произносит:


-Бойцы, вы прибыли в 56-ю Отдельную Гвардейскую Десантно-Штурмовую Бригаду. Поздравляю с прибытием! Вам повезло, часть у нас боевая. Мы одно из подразделений 40-й армии, которое проводит на боевых действиях больше времени, чем в пункте постоянной дислокации.

Эти его слова стали ещё одним подтверждением того, что мои надежды начинают сбываться... но уже следующими он меня "сбивает на взлёте":


- И ещё мы удерживаем первенство в 40-й армии по количеству сломанных челюстей.....


Было не очень ясно, ставит ли они оба этих достижения на одну доску.

Но совершенно ясно, что ни в одном из пунктов не шутит.


В-общем вдохновил...

Потом началось распределение по ротам.

"Покупатели" уже внимательно присматриваются к нам.

Первыми отбирают бойцов представители разведроты.

Так уже здесь, с первого же дня ,задаётся своего иерархия.

Причём вполне объективная: в разведку уходят самые крепкие парни. И те, кто на гражданке серьёзно занимался спортом, прежде всего борьбой.

Потом очередь сапёрной роты.


Остальных распределяет по ротам бровастый подполковник, заглядывая в какой-то разлинованный лист ватмана с кучей пометок.


Три месяца назад тоже самое происходило на сцене летнего клуба ферганской учебки.

За одну секунду, двумя словами сидящий на сцене офицер предопределял кому и когда ехать в Афган, а кому служить в Союзе.


Здесь второй раз происходит эта своеобразная "раздача судеб"-кого куда....

Ведь от этого распределения зависит то, в чём будет состоять твоя жизнь ближайшие почти два года.

Каких-то 15 минут назад мы были курсантами 6 учебной роты, а теперь стали разведчиками, сапёрами, связистами, бойцами одной из парашютно-десантных или десантно-штурмовых рот 1-го, 3-го или 4-го батальонов.

Нам ещё мало что говорят эти номера и названия.

Лишь одно мы чётко осознаём- начинается совсем другая жизнь...


Жизнь в очередной раз перетасовывает нас как колоду.

Впрочем, мне новый расклад вполне по душе.

Мы с Пахомом в одной роте- 2-й парашютно-десантной.

Ещё с нами Вовка Мордвинов, Олег Никулин и Юрка Лысюк из бывшего 4 взвода. Все земляки-москвичи.

И несколько парней, которые в Фергане были в 4-й или 5-й роте.

Вот уж у кого была в лотерея так лотерея.

Ведь это только 6-я рота через три месяца отправлялась в Афган вся

А из 4-й и 5-й только четверть курсантов уезжала в августе, а остальные- в ноябре. Так что кореша наших новых однокашников ещё три месяца будут служить в Союзе.


Нас, зачисленных во 2ПДР, как ни странно забирает только какой-то сержант. Хотя из остальных рот за молодыми прислали офицеров.


Палатки роты в паре сотен метров от клуба, так что скоро всё проясняется. Палатки пусты, сержант - прикомандированный из охранения.

А рота наша- на боевых и когда вернётся неизвестно.


Так что "вешаться" нам предстоит начать несколько позже.

Впрочем, мы толком не понимаем, что это значит....

А пока потихоньку привыкаем к бригадной жизни.


Живём все вместе в одной из ротных палаток. Здесь напоминает о том, что "хозяева" отсутствуют уже довольно давно, а собирались довольно сумбурно. На кроватях нет белья, только матрасы и несколько одеял, тумбочки выдвинуты в центральный проход, половина из них распахнуты.

На полу разбросаны какие-то блокноты, листки, письма....


Ночевать сержант уходит к себе на противотанковую батарею. Уходя он, назначает дневальных и оставляет им часы, чтобы знали, когда менять друг друга ночью.

В отличие от находящихся в бригаде соседей, первой и третьей роты, дневальные которых в бронежилете, каске и с автоматом бродят всю ночь на улице, наши дневальные дежурят внутри палатки. В одну из ночей выпадает и моя очередь дневалить.

Заступаю уже перед самым рассветом и начинаю сонно бродить по палатке взад-вперёд, от тамбура к тамбуру, зябко поёживаясь- на дворе середина августа, но по ночам не жарко. Всё-таки горы- выше 2500 метров стоит бригада. Да и разница температур сказывается- после дневной жары за 40 ночью мёрзнешь и при 25...

Но скоро в окна палатки пробиваются первые лучи солнца и становиться веселее. Это время всегда наполняет меня какой-то внутренней радостью.

В углу палатки подбираю с пола небольшой блокнот. Открываю.

Он весь исписан стихами, словами каких-то песен.

Почерк крупный, полудетский. Масса ошибок в словах...

Но, читая такие слова, забываю про все ошибки...


"Союз, аэродром. Огни горят и мы взлетаем.

С тоскою смотрим вниз и дом родной свой вспоминаем

Летим на полтора, где горы как стена

Летим в Афганистан, где идёт война..."

Ведь это про нас, это ведь мы каких-то несколько дней назад взлетали с ферганского аэродрома, глядели из иллюминатора на родную землю если не с тоской, то точно с тревогой.

Тревогой перед неизвестностью и ожидавшей впереди войной...


"И вот по трапу вниз мы сходим на чужую землю

Где палящий зной и горы словно в дымке дремлют

Страна свистящих пуль и гордых мусульман

Страна седых вершин, это-Афганистан"


И вот мы уже здесь. Где-то под Кабулом, среди тех самых седых вершин воюет сейчас наша рота. Рота, с которой и нам предстоит скоро ходить в эти горы к этим гордым мусульманам.

Эээх, каким-то он окажется, этот свист пуль.....

"А где-то может быть ждёт девчонка

Парня ждёт домой одного

Я верю той девчонке-он вернётся в срок, не раньше

Подарит ей букет цветов и тихо скажет:

"Здравствуй! К тебе сквозь годы шёл, я верил и любил.

Я ждал и побеждал. Посмотри-я живой!"

Всё это уже в позапрошлой жизни-дом, девчонки, цветы.

Ещё в Фергане это казалось хотя бы вчерашним. Всё-таки Союз...


А здесь даже трудно поверить, что всё это по-прежнему существует.

Что едут сейчас по утренней Москве машины, поливают мостовые.

Что бегают по квадратикам паркета в моей комнате солнечные зайчики.

Что где-то там спокойно спят мама, братья, Женька....

Женька, которая хоть и не дождётся, наверное, но которой готов подарить все цветы мира...

Там всё по-прежнему, только нет меня. И не будет ещё очень-очень долго.

Даже подумать страшно-как долго....

Но на душе стало почему-то тепло.

Видно, я неисправимый романтик...


В этом блокноте, в этих бесхитростных стихах-вся моя нынешняя и ближайшая жизнь. Я запомню их навсегда


"Пройдёт немало лет и мир придёт на эту землю

Ну а пока солдат в тельняшке на посту не дремлет

А цепи трассеров врываются во тьму

И взорванный фугас в клочья рвёт тишину...."


Два афганских года и два десятка последующих так и не затёрли в голове картинку, на которой ушастый, стриженный мальчик читает стихи про войну, на которой так мечтал оказаться и вот оказался...


Так и осталось в моей памяти то утро- тёплым, светлым и трогательным.

Утро, когда я осознал, что теперь Афганистан-это и моя жизнь...

Правда, это было, пожалуй, последнее тепло души на многие месяцы.

Скоро вернулась с боевых рота....и мы поняли, что значит "вешаться"...


Начались самые, пожалуй, тяжёлые полгода моей жизни. Полгода, когда первый и последний раз в жизни задумался - не лучше ли не жить вообще, чем "жить" так...

Ты-"шнур".

Ты- никто и звать никак...

А если нужен, есть универсальный оклик для любого из нас: "Один!..."

-Один! Сигарету!..

-Один! Воды!...

И не дай Бог не будет через минуту сигареты, воды, листка, ручки, иголки, подшивы, щётки и ещё чёрт его знает чего....

-Сюда иди, сука, нагнулся! Шею расслабил, мотаешь головой....


Хрясь ребром ладони по нагнутой шее! ....

И так-день за днём, неделя за неделей.....

Беспросветные, безнадёжные, одинаковые...